Совесть как связующее звено

Лев Мадорский

— Ты ходишь в еврейскую общину? — спрашиваю приятеля.

— Нет, только на Йом-Кипур.

Эрнест Хемингуэй призывал все праздники носить с собой. Как в Древней Греции: "Все свое…". Наша семья в России не носила. Да и тут, в Германии, не празднуем еврейские праздники как положено. Не приучили нас с детства. Тем более что каждый праздник имеет свое лицо. В каждом присутствует определенная ритульная канва, связанная с историческим, религиозным и даже кулинарным содержанием праздника, и она мало кому известна среди приехавших из бывшего Союза. Тут явно недостаточно просто сеть за стол и, что называется, "отметить".

Даже еженедельный Шаббат требует определенных знаний и определенного религиозного наполнения. Например, не все из "наших" знают, что начинается он не просто вечером, а сразу после захода солнца, а кончается в субботу сразу после захода. Уж не говоря о всяких "мелочах" типа молитвы, зажигания свечей хозяйкой дома, кулинарных рецептах и т. п.

Пару лет назад, приехав в Израиль, я был приглашен на Шаббат в религиозную семью и в полной мере ощутил его праздничную атмосферу, строгое отношение к запрету на работу, даже на приготовление еды, многие другие нюансы. Собранные вместе, эти нюансы и превращают Шаббат из обычных будней в особый, радостный день. День, которого ждешь. К которому стремишься. Выражаясь высоким слогом — день отдохновения души… Попытался что-то подобное провести у себя дома. Не получилось. Все пошло наперекосяк. И настроения нет соответствующего. И работа никуда не исчезает. И, главное, спокойствия нет в душе…

Праздников много, но самый важный — Йом-Кипур. День раскаяния. А точнее, десять дней раскаяния сразу после Рош-ха-Шана. Впрочем, какой уж это праздник. Накопилось за жизнь столько грехов, требующих покаяния, что одна память о них (особенно если исправить ничего невозможно) превращает покаяние в мазохическое действо. Для меня, например, нет ничего мучительнее, чем сесть в уютное кресло и вспоминать все глупости, нелепости, несправедливости, которые я сделал или сказал. Как тут отделить сделанные в последний год от сделанных раньше.

Грехов в иудаизме, пожалуй, больше, чем в других религиях. Понятно почему. Ни в одной религии нет столько заповедей. Столько (613) мицвот. Мало кто из сегодняшних евреев может их не просто выполнить, но хотя бы перечислить. Однако, не умея "огласить весь список", любой нормальный человек точно знает, когда он совершил что-то плохое. Знает, понимает, осознает… Потому что Бог при творении наделил его чисто человеческим качеством, которого нет у животных, — совестью. Душой. Наделил ответственностью за свои поступки и понятием, что есть добро и что есть зло. Для того чтобы понимать это, совсем не обязательно иметь ученую степень, да и просто высшее образование. И начинаешь понимать, что самое большое наказание приходит не свыше, не от другого человека, не от раввина, которому ты рассказываешь о своем грехе, но от самого себя. От своей совести.

Не знаю, можно ли считать "угрызения совести" проявлением страха за наказание перед Всевышним. По-моему, угрызения совести за плохой поступок — это и есть само наказание. Тяжелое, изнуряющее, ежеминутное. Богу необязательно рассказывать о своих грехах. Он о них знает. Возможно, душа и есть связующее звено между человеком и Всевышним. И еще. В комментариях к недавней статье "Как мы играли гимн Израиля на Рош-ха-Шана" один из комментаторов предположил, что ошибка в исполнении такой важной музыки на такой важный праздник, скорее всего, не останется без последствий. Я так не думаю.

Одно — наказание за ошибки (дурные поступки, грехи), совершенные неумышленно, и совершенно другое — за совершенные по злому умыслу. Не знаю точно, как в других религиях, но в иудаизме покаяние признактся только тогда, когда раскаявшийся искренне готов не повторить поступок, в котором раскаивается. Тут нет безусловной связи в цепочке "согрешил — покаялся". Точнее, эта связь действует только в том случае, когда раскаяние по-настоящему глубоко проникает в сердце. Звучит высокопарно, но так и обстоит на самом деле.

Итак, суть не столько в том, чтобы произнести слова покаяния. Слова покаяния в Йом-Кипур мало что значат. Суть в самом покаянии. В твердом намерении изменить себя. Как образно сказано в Талмуде: "Омойтесь, очиститесь, удалите злые деяния от очей Моих, перестаньте делать зло, ищите правды, спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову".

За тысячелетия слова эти не потеряли значения.

Это удивительно, но многие религиозные евреи считают раскаявшегося грешника выше праведника. Они считают, что благодаря раскаянию (тшуве) мы даже поднимаемся в нравственном отношении выше, чем до совершения греха. Знакомый раввин сказал как-то мудрые слова: "Главное — не соблюдать ритуал раскаяния: пост, чтение молитв, разрывание одежды и др. Главное — почувствовать раскаяние в душе и больше не повторять своих ошибок".

А еще хорошо сказал Аристотель: "Неспособный к раскаянию неисцелим". Но таких "неисцелимых", я надеюсь, на Земле не так-то много.

Источник: "МАСТЕРСКАЯ"