Сирена проникает в сердце

В Израиле отмечают очередной день Катастрофы и героизма евреев Европы и Северной Африки.

В 10 утра, когда зазвучит траурная сирена в память о жертвах Холокоста, я буду в очередной раз вспоминать погибших людей, которых никогда не знал.

Через открытую дверь кабинета в приёмную я не увижу никого из сотрудников, но знаю, что при первых звуках сирены каждый встанет со стула и на две минуты отложит дела.

Сирена проникает в сердце. Ей не придётся заглушать шум транспорта: на шоссе за окном ровно на две минуты остановится транспорт, и люди выйдут из машин и автобусов. Они будут стоять, каждый наедине со своими мыслями, не поднимая глаз. И хотя бы на эти две минуты задумаются о жизни, которую преждевременно отобрали у погибших.

В Израиле все уже привыкли к звукам сирен. Три раза в год звучат памятные траурные сирены и все молча встают: один раз в День Катастрофы и дважды в День памяти павших в войнах Израиля неделю спустя.

Иногда, незапланированно и намного чаще, чем хотелось бы, в Израиле звучат другие, тревожные предупреждающие об опасности сирены.

Первые подобные сирены прозвучали для меня в Беер-Шеве перед падением скадов, посланных Саддамом в начале девяностых, затем они звучали в Хайфе перед падением "Градов" – "подарков" северу Израиля в 2006-м. Время от времени, сирены звучат перед падением ракет и бомб, адресуемых югу Израиля из государства Хамастан.

День памяти жертв Холокоста в Израиле совершенно особенный день. После Второй мировой войны, чтобы хоть как-то искупить свою вину за непредотвращённый геноцид евреев, мировое сообщество проголосовало за создание еврейского государства.

Изначально День Катастрофы планировали приурочить ко дню начала восстания в Варшавском гетто. Но восстание произошло в 14-й день месяца нисан, в канун праздника Песах, и было решено, что этот день не подходит для национального траура.

12 апреля 1951 года Кнессет принял резолюцию о провозглашении 27-го числа месяца нисан Днём Катастрофы. Это шестой день после окончания праздника Песах и неделя перед Днём памяти павших в войнах Израиля и Днем Независимости.

Близость этих дат - религиозного праздника в честь исхода из земли Египетской, который совпал с днём героического восстания в Варшавском гетто с одной стороны, и Дня памяти павших в войнах Израиля с другой – символизирует путь еврейского народа к возрождению собственной страны. Она далась нам кровью, и мы сохраняем ее кровью.

При звуках сегодняшней сирены я буду один в кабинете и мне не нужно будет вставать, чтобы на две (слишком короткие) минуты прочувствовать вес семидесяти с лишним лет памяти, но я наверняка знаю, что не смогу в эти минуты продолжать сидеть.

В эти минуты я всегда думаю о людях, которых никогда не знал.

Я думаю о дедушке, мамином отце, который пошёл искать дорогу, чтобы не вернуться. Мама была слишком мала, чтобы что-нибудь помнить о нём, они покидали дом в спешке, и даже фотографии отца у неё не осталось.

Я думаю о мамином брате, грудном ребёнке, который не пережил первой ужасной зимы в гетто.

В эти две минуты я вспоминаю папины рассказы о концлагере, о младенце, которого убили на его глазах фашисты потехи ради; о его матери, моей бабушке, которую заставляли стирать бельё, стоя в ледяной воде; о его дедушке, который пошёл за едой и замёрз; о картофельной шелухе, которая стала деликатесом.

Моя семья, наверное, не так сильно пострадала, как семьи других. Кроме маминого отца, выжили все мужчины, которые воевали. Мой дедушка с папиной стороны был ранен под Сталинградом и вернулся с войны с парализованной рукой, но живой.

Погибали только те, кто оставался в тылу. Из пяти сестёр бабушки с маминой стороны две старшие сестры с семьями пришли не в те деревни – там были фашисты. Маминого двоюродного брата спасла украинская семья. Потом он стоял на площади вместе с жителями села и смотрел, как расстреливают его родителей. Моей бабушке с детьми – моей мамой в возрасте двух лет и грудным сынишкой – повезло оказаться в селе, где были румыны.

Сегодня, когда прозвучит сирена, я буду думать о расстрелянных или сгоревших, задушенных или отравленных, заживо похороненных или просто умерших от голода миллионах евреев, и снова подумаю о том, как перемешала все жизни война, из-за которой – благодаря которой?! – изменились, проделав невозможную траекторию, и пересеклись жизненные пути моих родителей, чтобы почти тридцать лет спустя родился я.

Буду думать о том, что после пережитого еврейским народом Холокоста нужно предпринять всё возможное, чтобы катастрофа больше никогда не повторилась.

Я подумаю, что евреям дано государство, и они за рекордно короткий срок сделали это государство сильным и процветающим. Последние дни показали, как легко разрушается созданное десятилетиями.

Я подумаю о том, что евреи – именно потому, что пережили свой Холокост, – не имеют морального права угнетать других. Подумаю об этом и тут же вспомню, что те, другие, лишь дай им такую возможность, повторят Холокост и убьют всех евреев, которых не удастся сбросить в море.

О каком мире может идти речь, когда детей другого, пусть даже угнетённого народа, со школьной скамьи обучают ненависти и раздают им конфеты, когда одному из них удаётся взорвать себя среди еврейских женщин и детей? Кто скажет, что важнее: сохранить государство, заботясь о себе, но угнетая других, или из соображений морали заключить мир с врагом, который потом всё равно тебя убьёт? Врачи могут восстановить зрение, но никто не может исцелить тех, кто ослеп от ненависти.

Во время сирены я вспомню о том, что евреев убивали не только немцы, но и озверевшие поляки, украинцы, литовцы и латыши. В то же самое время другие немцы, поляки, украинцы, литовцы и латыши, рискуя жизнью, спасали тех, кого могли. Не потому, что они любили евреев, а потому, что они были людьми.

Кроме геноцида еврейского народа, человечество пережило геноцид армян, этнические чистки в Африке, истребление сербов, совсем недавно войну в Сирии…

Человечество разделено последними событиями, но в долгой перспективе оно переживёт и то, что происходит в наши дни в Украине.

Несколько лет назад я писал тут, что для того, чтобы произошёл новый геноцид, достаточно легитимации со стороны правительства той или иной страны и ненависти людей одной нации и религии к представителям другой. Иногда для геноцида достаточно одной ночи коллективного помрачения разума.

В прошлом году мы узнали, что для геноцида достаточно одного психопата и молчания остальных. Скажете, еще не начался геноцид в Украине

Заимствуя энциклопедическую расшифровку слова "геноцид", соглашусь, что не начался, но с ударением на слово "еще". И с ударением на то же слово "еще", добавлю: "геноцид в Украине еще можно предотвратить".

Тени погибших в Холокосте сопровождают нас каждый день. Благодаря им и их ауре, родилась и преодолела невзгоды страна Израиль. Благодаря им и их ауре, надеюсь, мы преодолеем нынешний раскол.

Мы не знали их, они погибли преждевременно. Но погибая, они дали жизнь нам!

Сегодня, когда прозвучит траурная сирена, я подумаю о том, что те, кто погиб в Холокосте только потому, что их родители были неправильной национальности, завещали жить не только евреям, но и всему человечеству.

Их безвременная смерть окажется бесполезной, если человечество не запомнит навсегда их урок.

Блог автора на Facebook