Два слова о том, что произошло в Тарту на литературном фестивале, куда пригласили израильскую писательницу Линор Горалик.
Два слова о том, что произошло в Тарту на литературном фестивале, куда пригласили израильскую писательницу (и не только) Линор Горалик, а потом две украинские участницы объявили протест, и Линор не выступала в программе фестиваля.
Реакции на это некоторых меня удивляют. Удивляют с двух сторон. Со стороны украинцев понятно нежелание слушать русскую речь. Но разве они не видели в программе участие "русской секции"?
Как-то стыдно немножко за Тартусский университет, который я всегда нежно любила.
Если уж вы хотите кэнселить все на русском языке (повторяю, в принципе я могу понять такую позицию во время войны), то не стоит это делать прямо в процессе фестиваля и под давлением двух довольно экзальтированных поэтесс (или поэтов, или поэток, не знаю, что им ближе).
Я читала мнение одной из них и не очень понимаю, как то, что она говорит, приводит к бойкоту израильтянки, родившейся в Украине и жившей и в Израиле, и в России, Линор Горалик, с ее антивоенным проектом.
Особенно, если учесть активное участие одной из возмущенных дам в литературных фестивалях под Москвой три года подряд вплоть до 2017 года.
По их мнению, "литература не имеет сегодня права на существование, авторы, пишущие на русском, должны замолчать и не смеют писать об ужасах войны или выражать сочувствие и солидарность с украинцами", рассказала куратор русскоязычных программ.
Зачем организаторы тогда включали в этот фестиваль русскоязычную секцию, интересно знать?
Итак, вопрос: а что можно говорить, писать литераторам и журналистам на русском языке? Знают ли ответ на этот вопрос организаторы литфестиваля? Может, в следующий раз им Долгареву пригласить или Караулова?
Можно и о Лотмане забыть навсегда или на время, но лучше тогда заранее уведомить об этом участников.
Блог автора в Telegram
комментарии