Начались обстрелы, и строго разделенные миры приходят в соприкосновение.
С одной стороны, конечно, некрасиво не пускать людей в убежище во время сирены. Которые типа мимо шли и увидели многоэтажный дом, где наверняка есть специально оборудованный под это дело подвал.
А их опа — и не впускают. Говорят — тут частная территория, идите лесом, ищите государственный подпол на улице.
Одна украинка даже видео опубликовала — как ее нехорошие евреи не впускают в дом с убежищем. Оно прям по всему русскому интернету разошлось.
С другой стороны, если посмотреть на это дело глазами самих жильцов, то для них ситуация немного другая. Есть, скажем, дом. Который свой подвал содержит в хорошем состоянии на средства домкома. Или там срочно подремонтировал его и обустроил, как только началась война.
А рядом есть тоже дом. Который забил на свой подвал: дверь давно заржавела, а если ее все-таки открыть ломиком, там куча всякой гнили, ужасный запах, никакой вентиляции. И домовому комитету пофиг, потому что он знает, что с жильцов на это дело денег фиг соберешь. Что они будут отговариваться как угодно, типа "да ничего не будет" и типа "лучше пусть нас тут разбомбят нахрен, чем такие бабки тратить на ненужный подвал". Ну и народ, понятно, соответствующий, безалаберный и неаккуратный.
Но когда реально начинаются сирены, весь этот безалаберный и неаккуратный народ решает, что под ракетами как-то неуютно, и ломится в соседний дом, зная, что там все красиво и благоустроенно.
И получается, что в убежище, рассчитанном на один дом, отсиживается вся та публика, которой пофиг до собственных подвалов, да еще устраивает там свинарник, который потом убирается силами все одного того же дома.
Или другая ситуация: на улице муниципальный подпол, необустроенный, без лавок, вонючий, на который городские власти давно забили. В принципе, там можно сидеть, но рядом — более-менее благоустроенное частное убежище в многоэтажном доме, с кондером и даже туалетом, в котором проводить время намного приятнее.
И все вместо городского "миклата" бегут туда. Конечно, жильцам это не по душе. Тем более что таким образом город может позволить себе и дальше забивать на общественное помещение.
Формально ситуация такова: закон о гражданской обороне в пункте "15 вав" обязывает любого "держателя места, являющегося убежищем", "во время нападения позволить любому человеку, находящемуся рядом с этим местом, зайти в убежище и оставаться там на все время нападения".
Тот же закон предусматривает до года тюрьмы или штраф за нарушение правил гражданской обороны в периоды чрезвычайного положения.
По этому закону вчера уже арестовали одного "управдома" из Петах-Тиквы, который не пускал в убежище посторонних. Правда, непонятно, будут ли против него чего-нибудь возбуждать.
ё
Министр нацбезопасности Итамар Бен-Гвир написал по такому случаю, что "все мы братья" и что "в этот трудный час надо открывать дверь любому, кто в этом нуждается".
Однако на местности все не так просто. Собачий лай в укрытиях сводит с ума нервных людей, которые и так в жутком напряжении из-за сирен и закрытого подвального помещения с его духотой и гулкой акустикой.
Собачники тащат с собой своих питомцев, потому что они им как дети. Это бесит тех, кто не понимает ни такого подхода, ни десятка собак с разинутой пастью на полу укрытия, через которых надо переступать в поисках места и слушать их лай на протяжении всех 15-20 минут.
Распорядители начинают запрещать водить в укрытия домашних животных. Кошатники, которые зачастую любят своих питомцев еще беззаветнее, чем собачники своих, их, разумеется, с собой не берут, потому что кошку хрен засунешь в переноску за пару минут.
В итоге собачникам говорят: кошечек не несут, и вы своих не водите. Те в ответ объявляют общественные войны.
У жителей неблагополучных районов другая проблема. Например, южный Тель-Авив. Флорентин, Шапиро, Атиква в последнее время застраиваются красивыми благоустроенными домами, резко контрастирующими с окружающей средой. Жители которых живут примерно как африканеры в Кейптауне среди буйных юаровских афроафриканцев.
Их дом — их крепость. Код на двери, парковка под землей, вид на окружающие пейзажи – только с высокого балкона.
Но тут начинаются обстрелы, и строго разделенные миры приходят в соприкосновение. Чем бежать на ближайшую подземную станцию трамвая или в мало подходящий для человеческого носа муниципальный подвал, вся окружающая суданско-эритрейско-бомжатско-наркоманская братия начинает ломиться в большие красивые дома, где благоустроенные укрытия. Благо есть закон.
В законе не сказано, что владелец укрытия может регулировать вход согласно вместимости укрытия и т. п. Просто — "обязан впускать любого", и точка.
И жители дома с тоской смотрят, как их ухоженный, благоустроенный подвальчик еще за десять минут до сирены до отказа заполняется толпой сомнительного элемента, словно автобус в час пик, и им, спускающимся в него по звуку сирены (благо вход рядом), уже приходится проталкиваться внутрь, да и присесть негде.
Поэтому в южном Тель-Авиве в последнюю неделю тоже не особо открывают двери "искателям убежища". В этом им помогает код на двери: в укрытие-то людей пускать обязаны, а вот в дом — нет. Но это не всегда работает: часто кто-нибудь знающий код заходит в дом снаружи перед сиреной, и тут уж вслед за ним в подъезд устремляются все ожидающие, и начинаются "битвы за миклат".
Мораль? Ее нет. Потому что дилемма эта вечная — и дилемма неразрешимая. Человек, который не позаботился вовремя о том, о чем надо, и в итоге оказался в плохом положении, просит поделиться ресурсами другого, который заблаговременно все себе подготовил и изначально скептически относился к беззаботному вертопраху, в душе понимая, что когда прижмет, тот придет к нему за помощью, и тогда эту моральную дилемму придется как-то решать.
"Злой тоской удручена, к муравью ползет она". В басне муравей решил эту коллизию для себя очень просто, послав легкомысленную стрекозу нафиг.
В жизни все, конечно, сложнее. В конце концов, мы действительно все если не братья, то народная общность. Да и просто — идешь ты по улице чужой по делам, и тут сирена. Ты не знаешь, где тут чего, идешь в ближайший дом, а миклат-то там есть, да не про вашу честь. Обидно и досадно, кроме собственно риска попасть под ракету.
С другой стороны, если открывать свое частное убежище для всех, в него начнет ходить вся ленивая округа, и оно станет как бы общественным, но за счет жильцов одного конкретного дома. Которые специально обустраивали его так, чтобы пересидеть тревогу с комфортом, а в итоге получают сплошной дискомфорт.
В общем, имеет место ситуация из разряда "сытый голодного не разумеет" с поправкой на то, что голодному зачастую было просто лень сходить в магазин, а сытого принудительно заставляют делиться с ним купленной для себя про запас колбасой.
Все это осложняется тем, что строить множество подземных укрытий через каждые 300-400 метров и содержать их в чистоте и порядке для государства и муниципалитетов нерентабельно. Поскольку мощные обстрелы, во время которых большинству населения надо реально прятаться, в перспективе всей истории страны — дело очень редкое. А обслуживать множество подземных помещений постоянно — штука очень затратная.
Поэтому остается только надеяться, что обстрелы из Ирана тоже вскоре прекратятся, как уже прекратились ракеты "Хизбаллы" и ХАМАСа, и эта чрезвычайная во всех смыслах ситуация сама по себе сойдет на нет. Иначе передеремся.
комментарии