Речь идет о заочном решении. Но один из трех подсудимых присутствовал в зале суда.
Сирийский суд вынес один из самых символически значимых приговоров после падения режима Башара Асада. Бывший президент Сирии, его младший брат Махер Асад и двоюродный брат бывшего президента Атеф Наджиб приговорены к смертной казни. При этом Башар и Махер были осуждены заочно, поскольку после свержения режима бежали в Россию.
Специальный судебный процесс в Дамаске стал первым случаем, когда новые сирийские власти вынесли приговор фигурам высшего руководства прежнего режима за преступления, совершенные в годы гражданской войны. Для Сирии это не просто очередное уголовное дело, а попытка новой власти начать собственный процесс переходного правосудия после более чем десяти лет войны и репрессий.
Суд признал Башара Асада виновным в умышленных убийствах, пытках, незаконных задержаниях, подстрекательстве к убийству, преступлениях против человечности и военных преступлениях. В числе обвинений также фигурируют убийства детей младше 15 лет.
Такой перечень обвинений отражает масштаб претензий новых властей к бывшему руководству страны. Речь идет не об одном эпизоде, а о действиях государственного аппарата в течение многолетнего конфликта, который начался после подавления антиправительственных протестов в 2011 году.
Почему приговор вынесен именно сейчас
Башар Асад руководил Сирией с 2000 года, когда после смерти своего отца Хафеза Асада занял президентское кресло. В 2011 году протесты против его власти переросли в вооруженный конфликт, в который постепенно оказались вовлечены многочисленные сирийские и иностранные силы.
Война продолжалась почти 14 лет и привела к гибели сотен тысяч людей. Она также стала причиной массового исхода населения: миллионы сирийцев были вынуждены покинуть свои дома, многие оказались беженцами в соседних странах и Европе.
Сам режим Асада обвинялся международными организациями в систематических пытках, внесудебных казнях, произвольных арестах и нападениях на гражданское население. Одновременно сторонники бывшего президента указывали на участие в войне вооруженной оппозиции, джихадистских группировок и иностранных государств, поэтому история сирийского конфликта остается крайне сложной и далеко не сводится к действиям одной стороны.
Падение Асада изменило все
Ситуация радикально изменилась в декабре 2024 года. После стремительного наступления отрядов вооруженной оппозиции режим Асада рухнул, а сам президент покинул Сирию и оказался в России.
С тех пор бывший сирийский лидер живет в Москве. Российские власти предоставили ему убежище, и вероятность того, что Москва согласится передать его новым сирийским властям, остается крайне низкой. Именно поэтому сегодняшний приговор имеет прежде всего юридическое и политическое значение: сирийский суд может вынести смертный приговор, но физически исполнить его в отношении человека, находящегося в России, невозможно без его экстрадиции.
Суд объявил Башара Асада в международный розыск. Аналогичное решение касается его брата Махера Асада, который также находится за пределами Сирии.
Махер был одной из наиболее влиятельных фигур прежнего режима. Он командовал элитными подразделениями сирийской армии и считался одним из ближайших к президенту людей. Его имя неоднократно фигурировало в сообщениях о подавлении протестов и военных операциях в годы гражданской войны.
Третий приговоренный оказался в зале суда
В отличие от братьев Асадов, Атеф Наджиб присутствовал на оглашении приговора. Наджиб, двоюродный брат Башара Асада по материнской линии, в 2011 году занимал должность руководителя подразделения политической безопасности в провинции Дераа на юге Сирии. Именно Дераа стала одним из главных очагов первых антиправительственных протестов.
По версии обвинения, Наджиб сыграл непосредственную роль в подавлении протестов и последовавших репрессиях против местных жителей. Ему вменялись убийства, пытки, произвольные задержания и ответственность за систематические нарушения в отношении гражданского населения.
Именно события в Дераа считаются одним из ключевых моментов, с которых началась эскалация сирийского кризиса. Мирные протесты постепенно превратились в вооруженное противостояние, а затем в полномасштабную гражданскую войну с участием многочисленных группировок и иностранных государств.
Наджиб был арестован в январе 2026 года после возвращения из Ливана. В апреле он впервые предстал перед сирийским судом лично, став одним из первых высокопоставленных представителей прежнего режима, которых новые власти смогли привлечь к уголовной ответственности непосредственно внутри страны.
На заседаниях он отрицал предъявленные обвинения и утверждал, что за стрельбу по протестующим отвечали другие подразделения сил безопасности.
Почему этот процесс имеет особое значение
Дело Наджиба началось еще весной и стало первым публичным судебным процессом против заметной фигуры бывшего режима. В апреле Генеральная прокуратура Сирии назвала его началом переходного правосудия в отношении людей, которых новые власти считают ответственными за преступления против сирийцев.
В мае суд официально подтвердил заочный статус Башара Асада, Махера Асада и ряда других бывших руководителей. Их лишили гражданских прав, а имущество передали под управление государства.
Таким образом, сегодняшний приговор не возник внезапно. Ему предшествовало несколько месяцев подготовки дел против бывших представителей режима, сбора свидетельств и попытки создать судебный механизм, способный заниматься преступлениями прошлой власти.
При этом сама система переходного правосудия Сирии пока находится на ранней стадии. Правозащитники обращают внимание на серьезные юридические вопросы, связанные с квалификацией преступлений, индивидуальной ответственностью обвиняемых и процедурой заочных процессов.
Главный вопрос: будет ли приговор исполнен
В отношении Атефа Наджиба ситуация принципиально отличается от дела Башара Асада. Наджиб находится под контролем сирийских властей, поэтому вопрос исполнения приговора в его отношении является практическим, хотя и здесь остаются предусмотренные законом процедуры.
С Башаром Асадом все значительно сложнее. Он находится в России, а Москва не демонстрировала готовности передавать бывшего сирийского президента новым властям.
Поэтому смертный приговор в отношении Асада сегодня скорее следует рассматривать как юридическое закрепление позиции новой Сирии в отношении бывшего руководителя, чем как реально близкую казнь.
Приговор также имеет важное символическое значение для родственников погибших и тех, кто пережил репрессии. Впервые после падения режима государственный суд Сирии официально признал бывшего президента виновным в преступлениях, которые новые власти связывают с действиями его правительства.
Но процесс уже вызывает юридические вопросы
Для переходного периода это особенно чувствительная тема. Новые власти должны одновременно показать жертвам прежнего режима, что преступления не останутся безнаказанными, и убедить международное сообщество в том, что судебная система работает по понятным правовым правилам.
Именно здесь возникает главный вызов. Если суды будут восприниматься исключительно как инструмент мести победителей побежденным, их решения будет гораздо сложнее воспринимать как полноценное правосудие.
Сирийская сеть по правам человека ранее отмечала, что процесс над Наджибом выявил целый ряд проблем, включая вопросы законодательной базы, индивидуальной ответственности и процессуальных гарантий при заочном рассмотрении дел.
Есть и еще одна особенность нынешнего процесса. В Дамаске обвиняемых из бывшего режима судят уже при новой политической системе, а некоторые люди, участвующие в отправлении правосудия, сами имеют сложную историю отношений с прежней властью.
Например, судья Фахр ад-Дин аль-Ариан, председательствующий в процессе над Наджибом, в 2013 году перешел на сторону оппозиции, после чего режим Асада заочно приговорил его к смертной казни. Теперь тот же человек участвует в вынесении решений в отношении представителей власти, которая когда-то вынесла ему смертный приговор.
Что это означает для новой Сирии
Приговор Башару Асаду становится важным этапом демонтажа наследия прежнего режима. Новая власть пытается показать, что падение президента не означает забвения преступлений, совершенных в годы его правления.
Но одновременно перед Сирией стоит гораздо более сложная задача, чем наказание нескольких наиболее известных фигур. Речь идет о тысячах людей, которые могли быть связаны с силовыми структурами, тюрьмами, пытками и военными преступлениями, а также о необходимости установить судьбы пропавших без вести.
Кроме того, стране предстоит решить, каким будет баланс между наказанием виновных и предотвращением нового витка мести. После столь долгой и кровопролитной войны это одна из главных проблем любого переходного периода.
комментарии