Слезинка ребёнка-террориста

Фёдор Михайлович Достоевский в своём романе «Братья Карамазовы» выдвинул мысль, ставшую путеводной для многих поколений русскоязычных людей: «Не стоит она [высшая гармония] благословения, если на ней будет стоять хоть единая слезинка хотя бы одного только замученного ребёнка». И вроде бы красивая идея: никакое общее благо не стоит ровным счётом ничего, если оно заставляет детей страдать. Последователи этой идеи до сих пор считают гибель каждого ребёнка трагедией.

Нужно понимать, что все представления героев Фёдора Михайловича — а значит, и его самого — о реальности напрямую следуют из православного христианского повествования. В нём дети невинны потому, что невинны. А взрослые греховны, поскольку греховны. И кто так не думает, тот еретик, отвергший православие. Таковых в среде Фёдора Михайловича, разумеется, не было. За еретические идеи в Российской империи наказывали без какой-либо пощады. Разве что на костре не сжигали.

Но окружающая действительность Ближнего Востока весьма далека от наивных, примитивных представлений о ней православного христианства и, соответственно, Фёдора Михайловича. У нас тут взрослые мусульмане — жители сектора Газа, Иудеи и Самарии — учат своих детей ненавидеть евреев и желать их смерти уже с начальной группы детского садика. Их школы, телевидение и развлекательные мероприятия полностью нацелены на демонизацию сыновей и дочерей Сиона. Потому уже к своим десяти-двенадцати годам люди становятся террористами, готовыми всадить еврею нож в спину, бросить в него камень или выстрелить в него из пистолета. Что они с переменным успехом и демонстрируют.

И тогда перед теми, кто искренне считает смерть ребёнка трагедией, встаёт непреодолимая дилемма. Или продолжать считать детей невинными, и тогда полагать, что действия евреев, убивающих детей-террористов и сажающих их по тюрьмам, в которых они страдают и мучаются — это крайняя степень зверства, которую нужно прекратить. Или же отринуть свои представления о реальности и осознать, что каждый человек вне зависимости от возраста и пола должен нести всю полноту ответственности за последствия своих поступков. Но последнее сделать весьма непросто, поскольку требует мужества, осознанности и внутренних ресурсов, которые есть лишь у немногих.

Поэтому и появляются статьи, в которых авторы утверждают, что израильтяне — это люди в состоянии крайней степени озлобленности и озверения. Ведь они убивают ни в чём не повинных детей сектора Газа — и не каются в этом. Очевидно, потому что считают это хобби и развлечением. Или же появляются другие статьи, в которых авторы утверждают, что не всё столь однозначно. И гибель ребёнка — это, конечно, трагедия, но вы же поймите и наши моральные терзания. Что моментально считывается жителями Ближнего Востока как слабость. А значит, им нужно продолжать подготовку детей-террористов в промышленных масштабах, раз это вызывает внутренние терзания и моральный раскол в стане врагов.

Фёдор Михайлович писал свои романы в те благостные времена, когда не было ни несовершеннолетних террористов, ни человеконенавистнических идеологий, захватывающих детские сады, ясли и школы. Потому сила заложенных в романы Достоевского идей до сих пор довлеет над умами людей, которые так и не сумели от них отказаться под давлением реальности.

Ведь если считать гибель несовершеннолетнего террориста трагедией, то неизбежно встаёт вопрос о том, как её избежать в будущем. И способ тут лишь один: ничего не делать с вооружёнными детьми. Но если так поступать, несовершеннолетние террористы будут безнаказанно убивать, насиловать и грабить всех, кого считают врагами. И это — путь к очередной еврейской Катастрофе. Потому детей-террористов, да и не только детей, с оружием в руках нужно уничтожать, не обращая внимания ни на чьи слёзы и моральные страдания. Ведь в рамках еврейского подхода важно только то, что делаешь, а не то, что чувствуют твои враги.

Блог автора на Facebook