И пошли дальше. А дальше на пути оказался дом семьи Фогель. Счастливой семьи, в которой росли шесть детей. В тот вечер были гости, которые после трапезы разошлись, а родители оставили дверь открытой, потому что двенадцатилетняя Тамар пошла на встречу с друзьями из молодежной организации "Бней Акива".
В детской комнате Амджад Авад зарезал 10-летнего Йоава. Затем оба нападавших убили четырёхлетнего Элада — его резали, а затем удушили.
И тогда террористы направились в родительскую спальню. Уди и Рут положили спать детей, и тоже уснули. Проснулись, когда в комнате уже были террористы. Амджад вступил в борьбу с Уди Фогелем и смертельно ранил его ударами ножа в шею и затылок. Рут попыталась защититься, но также была убита.
Они ушли, убив родителей и двоих сыновей. Забыв в доме оружие. Это стоило жизни трехмесячной Адас. Покинув дом, Амджад вернулся, в поисках оружия. И тогда услышав плач малышки, он убил и её, ударом ножа в голову.
Террористы не заметили еще двоих детей. Двухлетний Ишай спал в другой комнате, а восьмилетний Рои — в гостиной. Они остались живы. Перед уходом убийцы заперли входную дверь изнутри, выбрались через окно и покинули поселение тем же путём, через ограждение.
Двенадцатилетняя Тамар, старшая дочь в семье, вернулась домой после полуночи. Удивилась, что дверь входная заперта. Родители никогда не закрывали дверь, чтобы она могла спокойно зайти. Тамар услышала плач двухлетнего брата.
Девочка пошла к соседям. Страшно быть одной в непонятной ситуации… Вместе они стуком в окно разбудили восьмилетнего Рои и попросили открыть дверь.
И тогда была открыта страшная картина. Родители и трое детей лежали в крови. Можно предположить, что двухлетний Ишай спасся чудом. Малыш проснулся после кровавой резни и пошел в спальню родителей, искал маму…
Тамар и сосед вывели из дома двоих выживших братьев. Была немедленно вызвана местная группа быстрого реагирования, после чего на место прибыли силы ЦАХАЛа, полиция и бригады "Маген Давид Адом". Смерть членов семьи была констатирована на месте.
И конечно же начались поиски террористов. Если не получилось предотвратить этот теракт. То предотвратить хотя бы следующий…
Военные следопыты обнаружили следы, ведущие в соседнюю деревню Аварта. Там был введён комендантский час. В течение месяца ШАБАК и армия вели масштабные поиски. Деревня была объявлена закрытой военной зоной. Были задержаны около ста жителей, у многих взяли образцы ДНК для сравнения с уликами, найденными на месте преступления.
В итоге бойцы спецподразделения "Дувдеван" арестовали двух подозреваемых из Аварты — Хакима и Амджада Авад. Они признались в преступлении и подробно воспроизвели ход убийства. Были задержаны и несколько человек, помогавших им.
В августе 2011 года Хаким Авад был признан виновным в пяти убийствах и приговорён к 130 годам заключения. В ноябре того же года суд признал виновным и Амджада Авада. В январе 2012 года он получил 132 года тюрьмы.
Если вы думаете, что убийцы во время расследования выразили какие-то признаки раскаяния, то ошибаетесь. А если думаете, что не было попыток освободить убийц, то тоже ошибаетесь. ХАМАС настойчиво вводил их в списки во время сделок по освобождению заложников в ходе войны "Железные мечи" в январе и октябре 2025 года. Но Израиль отказался освобождать обоих убийц.
Здесь же я должна рассказать один из эпизодов следствия, потрясший меня…
Во время допросов одного из убийц, Хаким Авада произошёл, если говорить сухим профессиональным языком, дисциплинарный инцидент.
Одна из израильских следовательниц ударила подозреваемого по лицу. Это произошло во время напряжённого допроса после того, как были раскрыты подробности убийства.
Инцидент был немедленно зафиксирован как нарушение процедуры допроса. Следовательницу вывели из допросной комнаты. Ее обязали извиниться перед подозреваемым. Против неё было начато дисциплинарное разбирательство. В результате она не была уволена, но получила дисциплинарное взыскание, выговор.
Этот эпизод – пример того, насколько строго израильская система правосудия требует соблюдения правил даже в отношении людей, подозреваемых в самых тяжёлых преступлениях.
А свое мнение по этому поводу я высказывать не буду.
Вернусь к судьбам выживших детей.
***
Из большой и дружной семьи Фогель остались трое. Старшая дочь, двенадцатилетняя Тамар и двое сыновей: одиннадцатилетний Рои и двухлетний Ишай.
Об этом в СМИ в те дни писалось много, но ужас трагедии самарийской весенней ночи я чувствую в душе и сегодня, спустя пятнадцать лет. Бесконечная цепочка совпадений и вопросов – почему?
Почему, например, когда сработала сигнализация защитного забора, патрулем не были вызваны военные, размещенные в поселении?… Почему дверь в дом была не заперта?… Но уже поздно… Часы не повернуть вспять.
Два молодых жителя деревни Аварта уже выбрали жертвы. Им все равно, кто ими стал. Просто в первом доме не оказалось жителей, и они пришли к дому семьи Фогель…Убивали беззащитных, спящих людей.
Крошечную Адас зарезали в ее кроватке. Позже они сказали, что зарезали ее, чтобы соседи не обратили внимание на детский плач. Но соседи не расслышали ничего. Эта ночь в Самарии была дождливой и ветреной…
Оставшиеся в живых дети выросли без родителей, братьев и сестры. Им пришлось учиться жить с открытой раной, которая не заживет никогда…
С той ночи жизнь троих выживших детей изменилась навсегда. После трагедии детей забрали к себе родители Рут, раввин Йеуда Бен-Ишай и его жена Тали. Они жили в Иерусалиме и стали для внуков новой опорой, заменив им родителей.
Дом бабушки и дедушки постепенно превратился в большой семейный центр, где рядом с пережитой болью снова появлялась жизнь, друзья, родственники, школьные занятия, обычные детские заботы.
Но связь с поселением Итамар не исчезла. Там остались друзья, воспоминания и община, которая знала эту семью.
Для Тамар детство закончилось в ту ночь. Многие близкие говорили, что она повзрослела мгновенно, словно почувствовала ответственность за младших братьев.
Со временем она продолжила учебу, позже выбрала профессию социального работника. Это решение казалось естественным: пережив тяжелую травму, она хотела помогать людям, которые тоже сталкиваются с потерями.
В сентябре 2021 года Тамар Фогель вышла замуж. Свадьба стала событием, которое многие в Израиле воспринимали почти как символ, спустя десять лет после трагедии жизнь семьи продолжалась. Рядом с невестой стояли ее братья, когда-то чудом спасшиеся в ту ночь.
Сегодня двадцатисемилетняя Тамар живет семейной жизнью и уже сама стала матерью.
Средний брат, Рои, был восьмилетним мальчиком, когда произошла трагедия. Он вырос в доме бабушки и дедушки, учился в религиозной школе и затем в йешиве. Его бар-мицва стала важным моментом для всей семьи, своего рода рубежом взросления после пережитого.
Младший, Ишай, был совсем маленьким, ему было всего два года. Он почти не помнит ту ночь. Его детство прошло уже в другой реальности: в доме бабушки и дедушки, среди заботы родных и поддержки общины.
А в поселении Итамар память о семье Фогель жива. Там ежегодно проходят памятные мероприятия, а жители поселения по-прежнему вспоминают Уди - учителя и раввина, и Рут, работавшую с детьми.
Но самая сильная память о них — это судьба их собственных детей.
Трое сирот, трагически оставшиеся одни, выросли, строят свою судьбу и продолжают идти вперед.
Для многих людей в Израиле история семьи Фогель стала напоминанием о том, что даже после самой тяжелой ночи жизнь не заканчивается — она продолжается в детях, в семье и в памяти.
Кстати, дом, в котором произошла трагедия, тоже жив. Были разные мысли относительно его будущего, снести, сделать музей… Но затем было решено, что в нем просто поселится другая семья. И вновь в доме будет звучать смех, и продолжаться жизнь. Наверное, это лучший ответ на то, что произошло.
***
А я побывала в поселении Итамар в ноябре 2011, в том же году, когда произошло убийство. Тогда во дворе дома семьи Фогель еще все оставалось, как при жизни его хозяев. Старый диван, на котором в теплую погоду сидели дети, брошенная машинка, лопатка и погремушка…
А у соседей во дворе буднично гулял конь, росли цветы, жизнь продолжалась.
Потрясающий суровый и одновременно захватывающий пейзаж горной Самарии открывался взгляду…
И только многочисленные поминальные свечи на веранде и глухо опущенные жалюзи в доме семьи Фогель говорили, что дверь этого дома теперь закрыта на замок.
Хочется добавить, что когда в израильские машины бросают камни, то некоторые поборники мира называют камнеметание - невинной детской забавой. Но…убийцы Уди, Рут, Йоава, Элада и Адас Фогель тоже когда-то начинали с таких "шалостей"…
Светлая память!
комментарии