Теракт в Кирьят-Шмоне, который потряс страну

Это случилось ранним утром… 11 апреля 1974 года. Это был четверг. Праздничный четверг середины пасхальной недели, накануне окончания праздника Песах. Дети были дома, отдыхали во время каникул, родители старались уделить им внимание. Начало весны, начало надежд…

Кто бы мог подумать, что в этот апрельский светлый день случится трагедия, которая перевернет судьбы человеческие, оставит сирот, вдов и вдовцов, слезы и горе… Просто четверг в далеком северном городе Кирьят-Шмона.

А накануне был дождь, установилась холодная туманная погода. И под прикрытием тумана рано утром пересекли ливано-израильскую границу три террориста. Они шли по руслу реки Маргалийот и где-то, к семи часам утра добрались до цели. Позже нашими пограничниками были установлены их следы, но слишком поздно. Бандиты сумели добраться до Кирьят-Шмона.

Нужно сказать, что подобная попытка была совершена впервые. Никогда ранее террористы не пытались пробраться в городскую зону, зная, что оттуда им будет сложно скрыться. Но главной их целью было достичь наибольшее количество жертв.

Первым выбранным объектом стала начальная школа "Януш Корчак". Забравшись в нее, террористы рассчитывали устроить мега-теракт, но планы пришлось корректировать на месте. Те, кто направили их убивать школьников, не рассчитали, что в пасхальную неделю каникулы. Правда, лишь за день до этого в школе находились ребята - солдаты, которые расположились там во время экскурсии по северу. Но утром 11 апреля здание было пустым. И тогда террористы направились на соседнюю улицу Иехуда ха-Леви.

Тут они разделились, один отправился в дом №13, а двое – в соседний пятнадцатый. В первом доме жертвами террора стала семья Коган, сорокасемилетняя Эстер и ее дети Давид и Шула…..

А затем трое терористов объединили свои силы в расстреле мирных жителей дома №15.

Здесь я позволю себе сделать отступление и рассказать о красивой и дружной семье Штерн. Яков и Адель репатриировались в Израиль из Румынии. Им повезло выжить в Катастрофе, они находились в трудовом лагере. Оба работящие, Адель с юности хорошо шила, а Яков столярничал.

В Израиль они репатриировались в начале шестидесятых, уже имея четверых детей, дочь Эстер и троих сыновей Аарона, Ицхака и Моти. А Израиль подарил родителям еще одну дочь Рахель. Сразу по приезду Яков и Адель Штерн с детьми были направлены в Метулу, первый дом на родине, а вскоре был построен новый дом в Кирьят-Шмона, и в 1967 году его заселили репатрианты из разных стран, в том числе, семья Штерн.

Сегодня, единственный из семьи, в городе живет старший сын Аарон. С ним я общалась, слушая его рассказ о родных людях. Впрочем, весь дом был, как одна семья, рассказывал Аарон. Молодые семьи, много маленьких детей, с первого по четвертый этаж двери практически не закрывались именно по принципу "дверям закрытым грош цена". Здесь ценили дружбу и добрые отношения, здесь приходили на помощь друг другу. Кто же мог подумать, что тихая улочка провинциального городка станет объектом кровавого террора…

В то утро, 11 апреля, Яков и Аарон собирались на работу. Яков в Израиле открыл столярную мастерскую, и старший сын стал его главным помощником. Моти, младший сын, в это время служил в армии. Адель, заботливая жена и мама, обнаружив отсутствие молока, рано утром поспешила в магазин, чтобы муж и сын могли успеть попить кофе и взять молоко с собой в мастерскую. Она как раз вернулась домой, и это был последний раз, когда Аарон видел маму живой. Сын с отцом отправились на работу в 7 часов и 8 минут, в 7 часов 20 минут дом был захвачен террористами.

Аарону было тяжело вспоминать об этом дне, много лет не отпускает боль… Но, чтобы узнали об этой истории русскоязычные читатели, он согласился побеседовать со мной.

О том, что происходит что-то на его улице, он услышал случайно от знакомых. Аарон быстро сел в машину и поехал в сторону дома. Но улица уже была оцеплена и к дому его не пропустили. К сожалению, в самом начале получилась неразбериха, военные прибыли на место теракта, но не смогли сразу разобраться, где расположились террористы, решив, что они спрятались в школе. А террористы тем временем находились в жилом здании.

Аарон оставил машину на дороге и бросился к дому, обойдя заслоны военных, которые вообще не имели понятия, что происходит внутри дома. Во дворе он увидел убитого садовника, шестидесятичетырехлетнего Шауля Бен Элияу. На входной лестнице лежала убитая соседка Эстер Вазана, она всегда рано утром выходила посидеть на скамейке у парадного.

Квартира Аарона на первом этаже. Маму Аарон нашел лежащей вниз лицом и закрывающей своим телом маленькую дочь Рахель. Она не смогла ее спасти, они обе были изрешечены пулями. Но Адель смогла спасти своих внуков. Накануне пасхальный седер вся семья проводила в доме родителей. А потом старшая дочь Эстер оставила детей у бабушки и вернулась в Хайфу. И поэтому на маме была ответственность за малышей. За короткие минуты, пока террористы ворвались в ее квартиру, она спрятала трехлетнего Рана и полуторагодовалую Батью под кровать в спальне.

Скорее всего, она хотела спрятать и дочь, но не успела. Пули остановили жизнь Адель и Рахель. Маме было сорок семь, ее девочке только восемь лет.

Если быть точными, рассказал Аарон, еще до того, как он обнаружил расстрелянных маму и сестру, он увидел убитых соседей, молодую пару Мирьям и Якова Гуэта. Ей было 27, а ему 26 лет. Позже, когда восстанавливались события, стало понятно, что Мирьям и Яков, услышав стрельбу из квартиры семьи Штерн, бросились туда, предположив, что кому-то нужна помощь. Они были расстреляны террористами в упор.

Трехлетний малыш Ран получил ранения. Аарон рассказывает, что до сих пор помнит это мгновенье, как кричал, что нужно вызвать амбуланс, чтобы спасти его маму и сестру. На его крики прибежали военные, думавшие, что террористы в школе, и так обнаружились масштабы трагедии. Террористы к тому времени расстреляв соседей, забаррикадировались в квартире на последнем этаже.

Аарон плохо помнит эти минуты, все слилось в один кошмар, тела матери и сестры, тела соседей, раненый племянник. Пришел он в себя в медицинском центре, где получил укол морфия.

На место теракта прибыли полицейские. Несколько из них сразу получили ранения, так как не было точного ориентира, где находятся террористы, воспользовавшиеся этой неразберихой.
Затем в 08:15 были подтянуты силы ЦАХАЛа во главе с командующим округом полковником Давидом Коэном.

Прибыли также резервисты пехотного подразделения. Наши бойцы вели бой с террористами на территории дома. Во время боя погибли двое солдат. Никто не мог точно знать, не находятся ли в руках бандитов заложники. К счастью, квартира, в которой они забаррикадировались, была пуста. В итоге, пули наших бойцов попали в рюкзак со взрывчаткой, который был у террористов, и они погибли на месте.

Масштабы утренней трагедии стали понятны позже. Истории гибели и спасения также…

Семья Битон, мама, папа и двое детей. Когда началась стрельба, мама спустилась со своего балкона на балкон нижнего этажа. Тридцатилетний отец Шимон пытался передать ей детей, шестилетнего сына Ави и двухлетнюю малышку Анат, но не успел. Он был застрелен террористами, ворвавшимися в квартиру, маленьких детей они тоже расстреляли в упор.
Одна из соседок спаслась, успев выпрыгнуть в окно, она зацепилась за веревки для белья, которые уменьшили скорость падения, и отделалась сломанной ногой.

Семья Шитрит, дома находились мама и четверо детей, старшей дочери - одиннадцать, младшему сыну – пять лет. Чудом спаслась только десятилетняя девочка Ирис. В доме была собачка, услышав стрельбу, она от страха спряталась в шкаф, и Ирис спряталась вместе с ней. По дороге она схватила за ручку пятилетнего братика Моти и бросилась в убежище с ним, но мальчик от испуга вырвал руку из рук сестры и побежал к маме. Мама и трое детей были расстреляны.

Жизнь этих семей, а часто остатков семей, разделилась на до и после трагедии. Я спросила, какие хранит Аарон воспоминания о жизни семьи до теракта. Оказалось, что самые яркие воспоминания у Аарона сохранились от празднования Пурима, который отметила вся семья. И было весело и счастливо. Мама так и запомнилась сыну, заботливая, волнующаяся обо всех детях и о муже, а маленькая Рахель – любимица всей семьи, хорошая ученица, красавица и умница…

Да, 1974 год, времена были иные. Младший брат Моти вернулся в пятницу на шабат домой и только тогда узнал, что произошло. Сестра Эстер, проживавшая в Хайфе, узнала о событиях в Кирьят-Шмона по радио, и лишь затем поняла, как трагически они коснулись ее семьи. Раненый сынишка был в больнице, маленькая Батья – у родственников.

Больше в квартиру семья не вернулась. Как раз в этот период Адель и Яков уже материально встав на ноги, строили собственный дом, строительство было на финальном этапе. Из дома на улице Иехуда ха-Леви все пострадавшие семьи были перевезены в единственную городскую гостиницу. А затем семья Штерн въехала в свой новый, еще недостроенный дом. Только без мамы и маленькой Рахель…

Мэр города Авраам Алони, о котором Аарон Штерн до сих пор вспоминает с теплом и благодарностью, лично опекал пострадавшую семью. Он позаботился, чтобы в кратчайший срок в новый дом были проведены электричество, газ, вода и даже телефон.

Все сыновья поженились в один год. Аарон женился на Жоржетт, девушке с которой встречался.

Ицхак во время траурной недели познакомился с учительницей погибшей младшей сестры, и неожиданно между молодыми людьми вспыхнуло чувство. Моти женился на соседской девушке, у которой мама чудом спаслась во время теракта, выпрыгнув в окно.

Аарон до сих пор живет в этом доме. Здесь родились его дети. Сыновья Асаф и Авихай, дочери Рахель и Идит.

У Адель Штерн появились и правнуки. Она была бы счастлива видеть их сегодня…

На стене школы "Януш Корчак" установлена доска в память о погибших в теракте детях – учащихся школы. Есть также памятник, а площадь перед домом в народе называют "Кикар 16" по количеству погибших соседей. Но на самом деле, жертвами этого теракта стали восемнадцать человек. Погибли также два военнослужащих ЦАХАЛа.

На доме нет никаких отличительных знаков того, что случилось там ранним апрельским утром 1974 года. Там живут другие люди, другие семьи, без тени прошлого.

Но прошлое всегда с нами…

Это нападение произошло после войны Судного Дня в тяжелые для страны дни. Это была первая террористическая атака, в которой террористы не пытались захватить заложников для шантажа, а ставили целью лишь убийство мирных жителей, и такой террор был для израильтян неожиданным.

Хотя есть предположение, что, если бы в квартире, которую террористы захватили на последнем этаже, находились люди, они бы стали их заложниками.

На следующий день после теракта силы ЦАХАЛа совершили налет на шесть деревень на юге Ливана, включая деревню, из которой вышли террористы.

***

В теракте две семьи потеряли по два близких человека, две семьи потеряли трех, а в семье Шитрит были убиты мать и трое из ее четырех детей.

В общей сложности, восемь детей были убиты в результате нападения. Среди раненых - пять гражданских лиц, семь полицейских и три солдата. Впрочем, восемь детей, - это не совсем верно. Мирьям Гуэта находилась на пятом месяце беременности своим первенцем, когда в упор была расстреляна нелюдями.

Организация под руководством Ахмеда Джибриля "Народный фронт освобождения Палестины" взяла на себя ответственность за это нападение.

Хочется вспомнить имена жертв теракта:

• Фанни Шитрит (30) и ее дети: Йохевед (11), Аарон (8) и Моти (5)
• Эстер Коэн (47), ее сын Давид (18) и дочь Шула (14)
• Супруги Мириам (27) и Яков (26) Гуэтта и их нерожденный ребенок.
• Шимон Битон (31 год), его сын Ави (6 лет) и дочь Анат (2.5 года)
• Адель Штерн (47) и ее дочь Рахель (8)
• Шауль Бен Элиягу Рамергкер (64)
• Эстер Вазана (60)
• Военнослужащий ЦАХАЛа Мордехай Гради (20 лет) из Рамат ха-Шарона
• Военнослужащий ЦАХАЛа Суиль Абзак (20 лет) из Таршихи

Вместо послесловия…

Аарон Штерн, пятое поколение мастеровых в семье, проработал всю жизнь столяром. Он продолжает приходить в городские школы и рассказывать о том, что пережила его семья. Чтобы новое поколение жителей Кирьят-Шмона знало и помнило…

И вот еще что хотелось рассказать. На муниципальных выборах-2018 в Кирьят-Шмоне победил самый молодой в стране кандидат. Ему было всего 32 года, он адвокат по специальности. Мэр города: Авихай Штерн, сын Аарона, внук Адель Штерн.

С тех пор, уже восемь лет Авихай занимает этот сложный пост в городе, находящимся под постоянными обстрелами террористами "Хизбаллы" из Ливана. Городе, мне кажется, особо героическом, вместе со всем поселениями крайнего севера нашей страны.

Отец Авихая уверен, что бабушка бы гордилась внуком.

*Автор очерка благодарит Аарона Штерна за предоставленные фотографии.