Попытки лишить евреев права жить в соответствии с традицией всегда означали нечто большее, чем спор о ритуале.
В Бельгии продолжается расследование против трех моэлей, раввинов, совершающих обряд брит-милá. Для еврейских общин всего мира эта история давно перестала быть локальным юридическим спором: она воспринимается как тревожный симптом более глубокого кризиса в отношениях Европы с еврейской религиозной традицией.
Брит-мила - не просто религиозный ритуал. Это один из основополагающих законов иудаизма, знак Завета, сопровождающий еврейский народ на протяжении тысячелетий. Он восходит ко временам праотца Авраама, который стал и первым репатриантом, отправившимся в Землю обетованную. Именно поэтому попытки поставить этот обряд под уголовное или административное преследование вызывают столь болезненную реакцию.
Главный раввин Израиля Кальман Бер назвал происходящее "серьезным нарушением свободы вероисповедания" и предупредил о создании опасного прецедента для всей Европы.
Президент Евро-Азиатского Еврейского Конгресса Михаил Мирилашвили заявил: "Европа стоит на пороге серьезного экзамена. Запрет на проведение одного из важнейших обрядов иудаизма без сомнения является одним из самых древних признаков антисемитизма. Запреты на обрезание мы знаем из истории".
Эти события невозможно воспринимать вне исторического контекста. Ограничения на еврейские религиозные практики неоднократно становились предвестниками более масштабных преследований: от эллинистических гонений эпохи Антиоха IV до репрессивной политики тоталитарных режимов XX века. Попытки лишить евреев права жить в соответствии со своей традицией всегда означали нечто большее, чем спор о ритуале.
В своей книге "Чемодан. Вокзал. Израиль", исследовании, посвященном истории антисемитизма в СССР и феномену так называемой "двойной лояльности", я показываю, как преследование еврейской идентичности редко начиналось с открытого насилия. Гораздо чаще оно проявлялось постепенно: через ограничения культурной и религиозной жизни, подозрительность к любой форме еврейской солидарности, попытки представить еврейскую традицию чем-то чуждым и опасным для государства.
Работая с архивными материалами о разгроме Еврейского антифашистского комитета, убийстве Соломона Михоэлса, борьбе с "космополитизмом" и позднесталинском антисемитизме, трудно удержаться от исторических ассоциаций. В Советском Союзе давление на еврейскую культуру нередко оправдывалось государственными интересами, вопросами безопасности или борьбой с "нежелательным влиянием". Сегодня в Европе звучат иные обоснования, но результат тот же: попытка обесценить еврейскую культуру.
Этот конфликт многие еврейские организации рассматривают как часть более широкой тенденции давления на традиционные практики. В Бельгии ранее уже был ограничен ритуальный забой скота (шхита), что вызвало серьёзную обеспокоенность еврейских и мусульманских общин.
Сегодня Европа проходит серьёзное испытание на способность сохранить баланс между современным законодательством, правами человека и уважением к религиозным традициям. Речь идёт уже не только о судьбе нескольких бельгийских раввинов. Речь идет о том, сможет ли Европа остаться пространством подлинной свободы совести и культурного многообразия.
Для еврейского мира этот вопрос имеет не только юридическое, но и глубоко историческое значение.
Д-р Хаим Бен-Яаков — генеральный директор Евро-Азиатского Еврейского Конгресса, автор книги "Чемодан. Вокзал. Израиль".
комментарии