Вышла я тут посреди недели за покупками. На стоянке у супермаркета обнаружила три "мерседеса", два "бээмвэ", пять "лексусов" и даже один "ягуар". Это не считая всяких там "ауди" и "мазд". Мест на парковке, естественно, нет.
Съездила в недавно открывшийся магазин деликатесов. И челюсть моя отвисла надолго. Пятьсот сортов сыра, длиннющие стенды с винами, ликерами, коньяками и шампанским, шоколад, кофе, всякие маленькие фиговины для украшения стола, которым я даже названия не знаю. А какой там дизайн! Просто умереть на месте можно. Обуржуазилась наша провинция, да уж.
Потом проехала по главным улицам города (а живу я в центре нашей родины). Цветочные лавки, магазины с ювелирными украшениями и нижнем бельем, лотки с каким-то непотребным барахлом, с мылами и шампунями, и даже мой любимый чайно-кофейный бутик стоят намертво заколоченными. На многих из них красные надписи громко кричат: "на съем", "распродажа", "ликвидация".
И вдруг я понимаю, что наше общество, помимо всех прочих проблем, разделилось еще по одному признаку. Теперь мы делимся на работающих/безработных. Те, кто сумел сохранить свои рабочие места за последний год, те, кому не нужно думать с ужасом о вновь приближающемся (или все никак не заканчивающемся) карантине, те, кто в любом случае получат свою зарплату и никак не изменят свой образ жизни, разве что пропустят летний отдых с семьей, становятся привилегированным классом.
Они могут себе позволить рассуждать о мерах по борьбе с эпидемией, о массах, не проявивших достаточную гражданскую ответственность, о чем угодно. Потому что они чувствуют себя в безопасности. Относительной, конечно.
А те, кто оказался выкинутым из этой прекрасной, устойчивой и неприкосновенной системы? Что делать учителям рисования и плавания, которые преподавали в кружках для детей? Что делать парикмахерам и визажистам, которые не могут обслуживать людей по интернету? А владельцам домашних кафе, организаторам торжеств, артистам, которые пели на сцене, развлекая жующую публику? И просто артистам маленьких частных театров? Что делать всем тем сотням тысяч людей, которые уже год сидят без работы и получают пособие, иногда в разы ниже их обычной зарплаты?
Некоторые нашли себе новое применение, и они молодцы. Я о них писала вот здесь: Неунывающие израильтяне: от маркетинга к рыбе, от музыки к овощам, от прилавков – к экранам. Но не все. Это те самые мелкие предприниматели, тот самый средний класс, на котором, по идее, должно держаться демократическое общество. И они оказались выкинуты за его пределы. Они теперь ему не нужны. Благодарное общество в виде избранных его представителей подкинет им подачку, чтоб с голоду не сдохли. А дальше – крутитесь, как хотите. У нас свободная страна.
Когда, наконец, это коронавирусное безумие закончится, мы начнем выползать из своих норок и возвращаться к "привычному" ( хотя что сейчас привычное – тоже большой вопрос) образу жизни, то окажется, что многим-то возвращаться некуда. И восстанавливаться от этого ужаса мы будем, как после войны.
комментарии