В Тегеране, похоже, решили, что Соединенные Штаты готовы бесконечно отступать, искать компромиссы и соглашаться даже на самые абсурдные требования режима - лишь бы нефть продолжала поступать на мировые рынки, а большая война не началась.
Расчет, судя по всему, строится на том, что Дональд Трамп в конечном итоге согласится почти на любые условия (кроме контроля за проливом), лишь бы избежать масштабного конфликта, которого так не хочет американский избиратель.
Иранское руководство, похоже, приняло осторожность Вашингтона за бессилие, а стремление к переговорам - за страх.
Это опасная ошибка.
Фанатизм вообще обладает удивительным свойством. Он убеждает человека, что реальность обязана подчиняться его убеждениям. Но происходит прямо противоположное. Реальность не спорит с идеологией. Она просто предъявляет счет. И его всегда оплачивают не только те, кто принимал решения. Платить будут в том числе мирные жители и даже те, кто против режима.
В Тегеране, вероятно, все еще рассчитывают, что в последний момент можно будет сделать шаг назад, произнести заветное “салам” - и Вашингтон вновь предпочтет переговоры силовому ответу.
Но существует принципиальная разница между обменом угрозами, демонстрацией силы и ограниченными ударами - и гибелью американских военнослужащих в результате прямой атаки.
Такое уже затрагивает не только военную стратегию, но и вопрос доверия к американской политике сдерживания.
Если подобные действия останутся без серьезного ответа, в Тегеране могут сделать вполне предсказуемый вывод: Соединенные Штаты настолько стремятся избежать войны, что готовы терпеть все более опасные провокации.
Иранский режим шаг за шагом сокращает пространство для дипломатии. Каждый новый удар, каждая угроза американским базам, каждая попытка втянуть в конфликт соседние государства приближают момент, когда ответ перестает быть политическим выбором и становится вопросом стратегической необходимости.
Фанатизм рождает неадекватную оценку действительности. А неадекватность неизбежно приводит к трагедиям.
Возможно, в Тегеране по-прежнему считают, что контролируют уровень эскалации. Что можно наносить удары, угрожать союзникам США, дестабилизировать регион, а затем в удобный момент вновь вернуться за стол переговоров.
Но война не работает как выключатель. Ее начинают мгновенно, а останавливают годами.
При этом нынешнее противостояние - это еще не война.
Настоящая война начнется тогда, когда в нее вступит… Израиль.
Для Соединенных Штатов Иран находится за тысячи километров. Для Израиля - в нескольких минутах полета баллистической ракеты.
Америка может обсуждать престиж, свободу судоходства и безопасность своих военных баз.
Израиль в подобной ситуации неизбежно будет исходить прежде всего из вопроса собственного существования.
Если в Иерусалиме придут к выводу, что иранская угроза достигла критического уровня, ответ может выйти далеко за рамки символических ударов или дипломатических предупреждений. Тогда речь может идти о масштабной военной кампании против объектов военной инфраструктуры, ракетных сил и других ключевых элементов иранской военной машины.
После этого конфликт неизбежно изменится.
Он затронет Ливан, Сирию, Ирак, Йемен, страны Персидского залива, морские коммуникации и мировые энергетические рынки. В войну могут быть втянуты союзные Ирану вооруженные формирования, а сама территория Ирана окажется под ударами беспрецедентного масштаба.
И все это станет следствием одной фундаментальной ошибки.
Режим, уверовавший в собственную безнаказанность, начинает путать терпение со слабостью, дипломатию - с капитуляцией, а готовность избежать войны - с неспособностью ее вести.
История показывает, что именно такие ошибки чаще всего и становятся причиной разрушительных войн.
Война - это стихия, которую в какой-то момент невозможно удержать. Наверно, на данный момент еще можно, но такими темпами мы вскоре все придем к точке невозврата.
Блог автора на Facebook
комментарии