Специальное расследование Никиты Аронова специально для сайта 9 канала.
Женщины с детьми, даже маленькими, пожилые и больные люди вынуждены по несколько суток спать в креслах или на полу. Их не пускают в душ, не дают горячей еды, ничего не объясняют. И в МВД считают это проявлением гуманизма.
Нулевая зона
У окна кто-то спит прямо на кафельной плитке, подстелив газету. В креслах дремлют усталые, давно не мывшиеся люди. Пожилая женщина с православным молитвенником, какие-то парни рабочих профессий в спортивных штанах, мама с ребенком.
Е0 - проклятое место, аэропортовый гейт, из которого не сажают в самолеты. У Е1, Е2 и прочих "Е", "А", "B", "C" и "D" публика постоянно обновляется, люди идут на посадку, их сменяют другие. А Е0 - зона вечного ожидания для депортированных.
Я оказался там 18 июля, когда летел в отпуск. Мой рейс сильно задержали, и у стойки информации я познакомился с мамой из Украины. Она с постоянно живет в Греции мужем, а тут с маленьким ребенком в коляске прилетела навестить тетю-израильтянку. Во въезде ей отказали, но в центр временного размещения тоже не отправили. Отобрали документы и багаж и оставили ждать в Е0.
Депортировать украинку и ее дочку должны были моим рейсом, и женщина тщетно пыталась выяснить на стойке информации, когда принесут ее паспорт и билеты. По-английски она не говорила, на стойке не было никого, понимающего по-русски. А когда я начал переводить, клерк строгим голосом заявил, что это депортируемые, и общаться с ними я не имею права.
Оказалось, что билеты иногда вовсе не приносят. Никаких людей, постоянно присматривающих за депортируемыми, в аэропорту нет. И никакого постоянного контакта нет тоже.
- Мне сын купил билет за свой счет. Но к рейсу мне не принесли паспорт, и билет пропал, - посетовала та самая православная бабушка с молитвенником.
Она россиянка, зовут Ирина. Она ехала в Яффо по каким-то религиозным делам и попала под депортацию.
"Обращались, как со скотом"
Вернувшись из отпуска, я обнаружил в редакционной почте письмо от наших читателей-израильтян. Зоя из Нетании пригласила на 10 дней свою школьную подругу Светлану Стрибну из Херсона: передохнуть с ребенком на море от российских бомбежек. Купила украинским друзьям билеты на самолет. Но во въезде Светлане отказали, и вместо моря они с 17-летним сыном Никитой застряла в Е0 на четверо суток.
- С нами обращались, как со скотом. Ни помыться, ни поспать. Дико холодно из-за кондиционеров, - рассказывает Светлана. - А ведь сын очень ждал этой поездки. У него депрессия, и мы надеялись, что отдых на море поможет. У нас в Херсоне постоянные бомбежки. Я его везла, чтобы немного отвлечь. К тому же ему как православному человеку очень важно было поехать в Иерусалим. В прошлый раз город произвел на него очень сильное впечатление.
Дело в том, что в 2024 году Света и Никита уже летали к Зое в Нетанию. И тогда никаких проблем не возникло. Вот и сейчас все документы были в порядке. И даже предварительная электронная виза.
Светлана с Никитой приземлились в "Бен-Гурионе" 19 июля, через сутки после моего посещения Е0. Их вызвали на допрос и отказали во въезде. Светлана попросила пустить к чемоданам - за каплями и жидкостью для контактных линз. Прихватила кофту с длинным рукавом для сына, а себе ничего не взяла. Потом люди в черной форме отконвоировали мать и сына в Е0. И сказали, что они улетят ближайшим рейсом на Кишинев - 21 июля.
Но 21 июля билеты так и не принесли. Зоя и ее брат названивали в аэропорт, пытались понять, что происходит. Ответа не было. Потом им заявили, что Светлана и Никита полетят только 23 июля.
Светлане еще повезло, многих даже к чемоданам не пустили. Например, Наталью Донцову из Молдовы, которая прилетела в Израиль вечером 21 июля и просидела в Е0 два дня.
- Мне сказали: свой багаж получите в Кишиневе. Повезло, что я хорошо знаю израильские кондиционеры и положила с собой в ручную кладь кофту с длинным рукавом, - рассказывает Наталья.
В свое время она 10 лет совершенно официально отработала в Израиле - ухаживала за пожилыми. В 2018 году Наталья вернулась домой, потому что заболела собственная мама, и ей нужен был уход. Работать в Израиле она больше не имеет права - женщина подписала такое соглашение перед устройством в последнюю семью. Но восемь лет она мечтала навестить Израиль уже просто как туристка.
Ухаживать за пожилыми людьми в чужой стране Наталья стала не от хорошей жизни. Просто специальность учителя русского и литературы в нынешней Молдове не очень востребована. Но после 2018 года она освоила новую профессию - на швейной фабрике.
- Я знала, что пока у меня не будет постоянной работы дома, в Израиль меня не пустят. Потом начался ковид. И вот, наконец, я собралась в этот отпуск, - говорит Наталья. - Хотела искупаться в море в Тель-Авиве, встретить знакомых, побывать в Иерусалиме и на Мертвом море.
Билеты туда и обратно, гостиничная бронь - все это показалось пограничным контролерам неубедительным. Наталья тоже попала в зону Е0.
Первым человеком, с которым она там познакомилась, оказалась все та же православная бабушка Ирина, с которой я общался тремя днями ранее. Она все еще жила в терминале и не могла улететь.
- Мы все ругались, переполняли злость и обида. А Ирина твердила: надо всех простить, это происходит, значит, так надо, - вспоминает Наталья.
"У меня всегда душа болела за Израиль. Но теперь я вообще не знаю, как относиться"
Первую ночь спать она не могла. И из-за обиды, и из-за того, что было холодно, а спать нужно было на лавочке или на голом полу.
- Это было так унизительно: в аэропорту Кишинева постоянно слышна ивритская речь. Дети бегают, ну знаете, как это израильтян. А я не могу поехать в свой отпуск и вынуждена две ночи спать на полу в аэропорту, - говорит Наталья. - А ведь я очень любила Израиль и ждала этой поездки 8 лет.
Ирина поделилась с Натальей пледом. Они были у некоторых пассажиров, и те передавали их друг другу по наследству, когда все-таки покидали негостеприимный Израиль.
"Женщина из "Дьюти Фри" принесла мне кофту. У нее ее кто-то купил и забыл, и она уже давно без дела лежит. Тогда я поняла, что в Израиле не только плохие люди, - рассказывает Светлана. - Раньше у меня всегда душа болела за Израиль. Но теперь я вообще не знаю, как относиться".
Дважды в день приносили еду. Булки с кунжутом, иногда с тунцом, иногда - с пастрамой или с сыром. Один раз были яблоки, однажды - хумус, а как-то раз вафли. Никогда не давали ничего горячего, даже кипятка.
Деньги у депортированных были, но без паспорта и билета в "Дьюти Фри" ничего не купишь. Иногда просили пассажиров. А если хотели горячей еды - шли в "Макдональдс".
Дополнительным мучением было полное неведение. Люди в Е0 просто не знают, что с ними будет, и спросить им не у кого.
- Сначала я ходила к стойке информации. Давала сотруднику поговорить по телефону с подругой и ее мужем. Потом он уже перестал на меня реагировать. Только видит - машет рукой - идите к своему Е0, - рассказывает Светлана.
Даже если приходили люди в форме, чтобы проводить на посадку кого-то из депортированных, они отказывались говорить с остальными и отвечать на вопросы. Люди, зачастую не знающие языка, сутками оставались в информационном вакууме.
- Я провела там два дня и встречала самую разную публику. Нельзя сказать, что все там выглядели нуждающимися в работе, - вспоминает Наталья. - Были девушка с парнем откуда-то из России. Он с онкологией, летел лечиться по приглашению какой-то израильской клиники. Их тоже не пустили, они минимум одну ночь ночевали с нами в аэропорту. Был мужчина, который ехал навестить любимую женщину. Был какой-то не говорящий по-русски парень. Он все время спал.
Светлана рассказывает про бразильянку, которая летела на какую-то конференцию, но ее тоже не пустили. Еще были ребята откуда-то с Балкан, они немного говорили по-русски. Женщина из Запорожья с дочкой.
Несколько мусульман: житель Нидерландов сирийского происхождения, женщина с грудным младенцем, летевшая к мужу на палестинские территории.
- Мы ей отдали плед, который до того получили в наследство. Она им укрывалась, когда кормила малыша, - рассказывает Светлана.
Гуманизм МВД
9-й канал обратился за комментариями к представителю управления населения и миграции МВД Израиля Сабин Хадад. Сначала она заявила, что люди проводят в зоне Е0 только по несколько часов непосредственно перед рейсом. Когда я послал ей документы Светланы, из которых следует, что она сидела там четыре дня, в МВД изменили ответ.
- Политика такова: тех, кто улетает обратно в течение 24-48 часов, оставляют в терминале и не отправляют под стражу (в тюрьму), - заявила Сабин Хадад. - Бывают случаи с родителями с детьми или с очень пожилыми людьми, которых мы оставляем в терминале даже на три дня и покупаем им авиабилеты - только для того, чтобы они не оказались в тюрьме. В таких случаях им предоставляют матрасы, на которых они могут спать.
На мое сообщение о том, что люди вообще-то спят на полу безо всяких матрасов, Хадад заявила, что я "не могу утверждать это как факт". Примечательно, что в МВД рассматривают проживание на скамейках в терминале как акт гуманизма.
- Ответ Управления по делам населения представляет выбор между двумя возможностями - тюрьма или матрас в терминале (даже если этот матрас действительно предоставляют) - и делает вывод, что второй вариант - это смягчение. Но закон не признает такого выбора. Он устанавливает минимальный порог условий содержания и минимальный порог контроля за этими условиями, и оба действуют независимо от того, насколько удобное место, где содержится человек, - комментирует адвокат Аарон Лесовой.
Человек, находящийся в терминале, не имеет документов и не может оттуда уйти. Так что это в любом случае лишение свободы. Юридический вопрос не в том, где он лишен свободы и насколько добры намерения лиц, которые его там держат. А в том, выполняются ли условия, которые требует закон, отмечает адвокат. Статья 13х Закона о въезде в Израиль предписывает надлежащие условия содержания, которых при учете продолжительности содержания достаточно, чтобы избежать вреда здоровью и достоинству содержания.
- Матрас - это мебель, а не условие содержания. В ответе не упоминается душ, горячая еда, доступ к медицинской помощи, телефон, личное пространство или информирование содержащегося о его правах на языке, который он понимает, - продолжает Аарон Лесовой. - Более серьезный момент касается именно того, что ведомство представляет как преимущество. Поскольку содержание в терминале не определяется как опека, не действует механизм контроля, который закон предусматривает в отношении лиц, находящихся под опекой. Альтернатива, представленная как смягчение, - это также альтернатива без контроля.
Не остается никакой документации, по которой можно было бы впоследствии проверить, сколько времени и в каких условиях содержался человек. В отношении несовершеннолетних это особенно сильная проблема.
- Пункт 13х (ה) Закона прямо уполномочивает установить отдельный порядок условий содержания для семей и детей - полномочие, которое свидетельствует о том, что законодатель понимал: эти группы требуют специального регулирования, - отмечает адвокат. - Содержание ребенка на матрасе в терминале в течение трех дней не является специальным регулированием, и представление этого как заботы не отменяет обязанность установления соответствующего порядка.
Продолжительность содержания полностью определяется ведомством - именно оно покупает билет. Один и тот же орган контролирует и основание содержания, и его продолжительность, и условия.
- Отсутствие надлежащего механизма документирования и внешнего надзора создает реальную угрозу правам содержащихся, особенно детей и пожилых, и требует немедленного установления прозрачных процедур и гарантий, - уверен адвокат Лесовой.
Кстати, Зоя, которая пригласила Светлану, и ее друзья пытались воспользоваться одним из немногих существующих механизмов контроля. Они писали обращения на электронную почту аудитора управления населения и миграции. Сканы этого письма имеются в редакции. Но ответов они не получили.
Фотографии предоставлены Светланой Стрибна и Натальей Донцовой
комментарии