Он перестал пить коньяк по утрам?

Из наблюдений этой недели: пара приемов, которыми наш "дипстейт" при помощи своих прикормленных журналистов дурачит народ.

Схема, в общем, не новая, схема отработанная, но требующая единства среди всех "ветвей" чиновно-юридической диктатуры – силовой верхушки, прокурорских чинуш и левой прессы.

Сначала к шитому белому нитками делу, к которому премьер-министр не имеет никакого отношения, он пристегивается произвольно. Его без всякого конкретного повода допрашивают в качестве "свидетеля", задавая вопрос о том, известно ли ему что-либо о выдуманных полицией связях подозреваемых пиарщиков с властями Катара.

Нетаниягу, разумеется, отвечает, что ему о таких связях ничего не известно.

После этого начинают работать прикормленные агитаторы чиновно-юридической системы. На сайте вещательной корпорации "Кан" появляется заголовок – "Показания Нетаниягу: я не знал о связях Уриха и Фельдштейна с Катаром".

Те, кто читал в детстве "Малыша и Карлсона", наверняка помнят примечательный отрывок из третьей части.

Фрекен Бок прервала Малыша жестким окриком:

- Я сказала, отвечай, отвечай - да или нет! На простой вопрос всегда можно ответить "да" или "нет", по-моему, это не трудно.

- Представь себе, - трудно, - вмешался Карлсон. - Я сейчас задам тебе простой вопрос, и ты сама в этом убедишься. Вот слушай! Ты перестала пить коньяк по утрам, отвечай, да или нет?

У фрекен Бок перехватило дыхание, казалось, вот-вот упадет без чувств. Она хотела что-то сказать, но не могла вымолвить ни слова.

- Да, да, конечно, - убежденно заверил Малыш, которому так хотелось помочь фрекен Бок.

Но тут она совсем озверела.

- Нет! - закричала она, совсем потеряв голову.

Малыш покраснел и подхватил, чтобы ее поддержать.

- Нет, нет, не перестала!

- Жаль, жаль, - сказал Карлсон. - Пьянство к добру не приводит.

В точности по этому рецепту работает юридическая диктатура, намеренно порочащая демократическую власть. На допрос по грубо пошитому делу вызывается человек, даже в рамках всех этих вымыслов к делу отношения не имеющий. Ему задают вопрос в стиле "перестал ли ты пить коньяк по утрам", любой ответ на который будет его дискредитировать. Особенно если как следует, с ухмылочкой и ерничеством, раздуть этот ответ.

Что придворные пропагандисты судебной диктатуры и делают – заголовки типа "ах, он не знал" мгновенно тиражируются во всех левых СМИ и подхватываются сетью агитаторских аккаунтов в соцсетях. Ловкость рук, и никакого мошенства. Главное – вопросик правильно сформулировать.

И его формулируют – на канале "Кешет" зрителям предлагают результаты опроса насчет того, "верите ли вы утверждению Нетаниягу, что он ничего не знал о связях людей из своей канцелярии с Катаром". Эта брехливая формулировка (во-первых, Нетаниягу такого не утверждал, а утверждали журналисты, якобы осведомленные о том, что Нетаниягу сказал на допросе, во-вторых – внештатные пиарщики не являются "людьми из канцелярии") призвана не что-то объективное показать, а вдолбить пропагандистские тезисы силовой хунты самой формулировкой вопроса. Не говоря уже о том, что и собственно связи, которые в вопросе подаются как непреложный факт, – полицейская выдумка.

Заодно там же задают еще один лживый вопрос – "Верите ли вы, что Нетаниягу уволил начальника ШАБАКа из-за утраты доверия в связи с 7 октября, или он уволил начальника ШАБАКа из-за "Катаргейта". Формулировка столь же брехливая – поскольку начальник ШАБАКа, в полном соответствии с законом, единогласно уволен демократическим правительством в составе двух десятков министров из шести парламентских фракций. Но если не подтасовать формулировку, сам вопрос лишится смысла (как, собственно, и есть на самом деле), а рупорам силовой хунты надо вдолбить в голову народу заказанную политинформацию.

Еще один прием – давление через прессу на судей, которых полицейское обвинение не сумело загипнотизировать истеричными лозунгами об "угрозе безопасности страны" и о "катарских шпионах, проникших в канцелярию премьер-министра".

Как только председатель мирового суда Ришон ле-Циона Менахем Мизрахи развеял всю муть, накрученную вокруг этого дела полицией, и распорядился выпустить обоих подозреваемых из КПЗ, в том следственном звене, что считает себя автономным от руководства и действует заодно с коррумпированной прокурорской верхушкой, снова "напрягли" своих придворных журналистов. И те развязали клеветническую компанию уже против судьи. Со ссылками, как водится, на "анонимные источники в полиции".

Кстати, судья Менахем Мизрахи в прошлом – старший сотрудник прокуратуры тель-авивского округа по уголовным делам, специализировавшийся на борьбе с организованной преступностью. Его судейский стаж – 13 лет, и три из них он занимает должность председателя городского мирового суда.

Так вот, как только этот вполне авторитетный юрист постановил, что никакой угрозы для госбезопасности в деле нет и что полицейское обвинение не в силах сложить собственно "сюжет" дела – то есть внятно сформулировать саму суть обвинения, в прессу посыпались "вбросы", заставившие меня вспомнить песню Галича про комментатора футбольных матчей. Который, пока советские футболисты выигрывали, нахваливал судью, а как только они стали проигрывать, тут же сообщил радиослушателям, что этот судья – один из самых продажных политиканов от спорта, который в годы оккупации Франции к тому же сотрудничал с гитлеровской разведкой.

Так и тут – в левой прессе мгновенно появились "новости" с цитатами из неназванных полицейских кругов о том, что судья Менахем Мизрахи "не понимает, что такое госбезопасность", "не осознает масштабов дела" и вообще "готовит почву для своего повышения в комиссии по назначению судей".

Эта беспрецедентная волна "гона" показывает, что в полицейско-шабаковско-прокурорском "дипстейте" совсем съехали с катушек и давят на газ изо всех сил, потому что либо всех победят кавалерийским наскоком, либо разобьются вдребезги – третьего уже не дано.

Разумеется, недоумевающие журналисты (не из обоймы прокурорских глашатаев) обратились в полицию за разъяснениями – что за наезды на судью. Там им сообщили, что "правоохранительные органы выполняют судебные решения, и никак иначе".

Это показывает, какие клыки отрастила "силовая хунта", которая осмеливается через прессу вести кампанию не только по очернению демократической власти, но и гнобить судей, не "подмахиващих" на автомате их голословные требования и не поддающихся гипнозу их липовых "резонансных дел".

Кстати, апелляционный судья Михаэль Кершан усвоил урок. На слушании по обжалованию решения Менахема Мизрахи он убедительно доказал, что подозреваемых нет оснований оставлять под арестом… и тут же отпустил лишь Фельдштейна, оставив в КПЗ Уриха до понедельника. Так сказать, устроил "среднее арифметическое". Видимо, ему не хочется остаться в архивах интернета как "судье, не осознающему масштаб дела" и "не понимающему, что такое госбезопасность".

Все эти люди вцепились в свою абсолютную власть зубами настолько, что становится страшно – не устроят ли они и правда силовой путч при поддержке всей этой уличной лево-анархистской отставной военной братии. И сумеет ли народ противостоять этому большевистскому перевороту, если силовики просто начнут арестовывать народных избранников и других неугодных и сажать их по липовым приговорам, возвращая таким образом себе диктаторские полномочия, которые демократическая власть осмелилась оспаривать.