Как Украина изменила современную войну.
На полях войны в восточной Украине появился новый тип солдата. Он не дышит, не спит и недавно сделал то, что еще недавно казалось фантастикой: заставил сдаться трех российских военных. Это не сцена из научной фантастики. Это сегодняшняя реальность украинской оборонной индустрии, которая всего за четыре года прошла путь от "гениев в гаражах" до одного из мировых лидеров роботизированной войны, говорится в недавней статье газеты Jerusalem Post.
Трансформацию украинского военно-промышленного комплекса уже называют современным чудом. Это история о том, как страна с истощенными запасами нашла свою "пращу" для войны с намного более сильным противником.
"Вы же знаете историю о Давиде и Голиафе, я уверен, – сказал в разговоре с Jerusalem Post бывший министр обороны Украины Алексей Резников. – Давид был молодым, но очень смелым и умным. Он использовал передовые тогдашние технологии – камень и пращу. И победил чудовище. Мы делаем то же самое".
"Эта война – война нестандартных подходов. Нам нужно было найти пращу Давида. И мы ее нашли", – указал бывший министр. По его словам, переход к дешевым роботизированным системам полностью изменил математику войны. В обычной войне на истощение побеждает тот, у кого больше денег и мощнее промышленность. Украинская стратегия с дронами разрушила эту логику.
"Один FPV-дрон с тепловизором может стоить максимум 500 долларов, – говорит Резников. – Российский танк стоит минимум 12 миллионов долларов. Его можно уничтожить двумя FPV-дронами за несколько сотен долларов вместо артиллерийских снарядов стоимостью в тысячи евро. Идея была в том, чтобы выиграть эту войну совершенно другим способом".
Советница министра обороны Украины Анна Гвоздяр, которая занимается превращением "гаражных изобретений" в официальную часть оборонной отрасли, в беседе с Jerusalem Post вспоминает: "Когда Россия начала полномасштабное вторжение в 2022 году, мы действительно были не готовы. Эти технологии появились из-за нехватки боеприпасов и техники на фронте. Но мы не хотели сдаваться. Нужно было дать солдатам инструменты для работы. Это буквально был вопрос выживания".
Сегодня "романтический" этап уже закончился. Украинские власти убрали законодательные барьеры, ввели льготы и гранты для ускорения разработки новых технологий.
Если воздушные дроны изменили войну в небе, а морские дроны на море, то теперь Киев делает ставку на наземных роботов. Их используют там, где слишком опасно для людей: доставка грузов, минирование, разминирование и эвакуация раненых.
Кроме того, на фронте был случай, когда украинский наземный дрон полтора месяца удерживал позицию вместо пехоты.
Технологии развиваются настолько быстро, что армия буквально пишет новые правила войны в реальном времени.
"Поскольку это новое направление, у нас пока нет специалистов по наземным роботам. Нет командиров таких подразделений. Мы учимся каждый день", – отметила Гвоздяр, напомнив один из самых громких эпизодов последних месяцев, когда робот заставил сдаться российских солдат.
"Эта операция была чем-то совершенно новым, – говорит Гвоздяр. – Дело было не только в технологии, но и о планировании и исполнении. Там участвовало много людей. Именно поэтому удалось взять этих пленных. Потребовалось взаимодействие разведки, операторов роботов и самих роботизированных платформ".
Наземные роботы уже сталкиваются с теми же угрозами, что и люди: с ударами FPV-дронов и артиллерией. Из-за этого появились даже роботы для спасения других роботов.
Именно этот бесконечный цикл – когда проблемы на поле боя быстро превращаются в новые технологические решения – Гвоздяр называет "украинской оборонной экосистемой".
При таком уровне автоматизации неизбежно возникает вопрос об искусственном интеллекте и полностью автономном оружии. Но Украина пока не готова передавать машинам право убивать без участия человека.
"Элементы ИИ уже используются, – говорит Гвоздяр. – Где-то для навигации, где-то для обнаружения угроз, особенно в системах противодействия дронам. Но полностью независимых систем сейчас нет".
Причина, по ее словам, проста: "Мы воюем на своей территории, а не на чужой. Поэтому последнее решение все равно должен принимать человек".
За последние четыре года Украина привлекла огромное внимание военных и оборонных компаний по всему миру.
"Интерес огромный, – говорит Гвоздяр. – Но людей интересуют не только технологии. Речь идет обо всей системе: промышленности, подготовке операторов, командирах, обучении. Все это и есть оборонная экосистема".
Фактически Украина превратилась в живую лабораторию войны будущего.
"Интерес к этим возможностям колоссальный, потому что это совершенно новое направление, – продолжает чиновница. – Мы продолжаем экспериментировать с наземными роботами, дальнобойными дронами, воздушными перехватчиками и дронами-перехватчиками Shahed. Для всего мира это новая реальность".
Война в Украине показала, что умный, гибкий и технологически адаптивный Давид способен не только выжить, но и методично разрушать Голиафа. "Это уже не классическая война вроде Второй мировой, – говорит Резников. – Это совершенно новый тип войны. Мы одновременно используем советские окопы и оружие, системы НАТО и абсолютно новые технологии – роботов, которые летают, прыгают, плавают и ползают".
Украина не собиралась становиться мировым лидером в военной робототехнике. Она просто пыталась выжить. Но в процессе создала свою "пращу", которую теперь, возможно, придется перенимать армиям по всему миру, констатирует Jerusalem Post.
комментарии