Бельцы: малый Тель-Авив, могила Цадика, Теща на холме, карп с мамалыгой и всемирно известная песня про штетеле на идиш.
В Бельцы правильно въезжать с южной стороны, именно по кишиневской трассе. Не потому, что так удобнее, а потому, что город в этом случае сам делает важный первый жест. Через 1 час и 40 минут после выезда из столицы вы неизменно приедете к величественному памятнику на холме перед въездом в город. Перед вами Фигура Гостеприимства, установленная тут еще в 1979 году по проекту выдающегося молдавского скульптора Лазаря Дубиновского, еврейского происхождения.
Скульптура должна была символизировать славянское гостеприимство; молодая девушка на вышитом рушнике протягивает хлеб и соль. Однако издали могучая фигура многим кажется обещающей разносолы широкотелой тещей. И поскольку официальные названия в Бельцах долго не живут, то в народе ее давно и ласково называют Тещей. И это прозвище удивительно точно передает характер города. На обочине стоит остановиться и, подойдя к монументу, сделать снимок или селфи.
Автор памятника - Лазарь Исаакович Дубиновский, главный скульптор Молдовы советской эпохи, человек, сформировавший визуальный язык времени. Он родился в Фалештах Бельцского уезда, но считал себя бельчанином, где умение принять гостя всегда было частью культуры, а иногда и способом выживания. Скульптуры Дубиновского, среди которых конный памятник Котовскому, много десятилетий делают узнаваемыми улицы Кишинева, украшают другие города Молдовы и хорошо известны за пределами страны.
Но именно Бельцы, свою малую родину, Дубиновский понимал интуитивно. Он создал не идеологический монумент, а образ дома, стола и ожидания. Город словно говорит приезжему: сначала - в дом, потом - разговор. С этого жеста и началось наше путешествие.
Генеалогическое путешествие домой: семья Фельдманов
8 октября 2025 года в Бельцы приехали Михаэль и Рая Фельдман из Израиля вместе с дочерью Хагит. Для Михаэля это было не просто путешествие - это было возвращение в город, где он родился, и возможность впервые показать его родным.
Мы гуляли по центру, были в квартале Тель-Авив, вышли к озеру, долго ходили без спешки, позволяя городу самому вспоминать себя. Михаэль показывал дочери улицы так, как показывают детство - не по карте, а по ощущениям. И Бельцы, надо отдать им должное, вели себя деликатно: ничего не требовали, но многое отдавали.
Экскурсию мне помогал проводить мой друг Михаил Местер - местный всезнающий краевед и ветеран местной журналистики. Он добавлял детали, которые не найдешь ни в одном путеводителе: истории домов, забытые фамилии, интонации времени. С ним Бельцы перестают быть набором улиц и превращаются в рассказ.
Театр, Волонтир и песня про Штетеле, которая облетела мир
Бельцский драматический театр - это не просто культурное учреждение, это память в действии. При последней реконструкции главным архитектором была Янина Гальперина. Здесь много лет служил Михай Волонтир, актер, ставший символом народного кино и сценической правды, признанный помимо всевозможных титулов народного артиста также лучшим актером Молдовы 20 века. Благодаря влиянию Волонтира театр и был достроен в свое время.
И именно театр становится естественным поводом вспомнить песню на идиш "Майн штетеле Бельц", написанную поэтом Яковом Якобсоном для уроженки Бельц певицы Изы Кремер в 1932 году для нью-йоркского спектакля "Песня из гетто". Песня родилась как авторская, впервые прозвучала со сцены еще до Второй мировой, а затем ушла в народ. Через эмиграцию, через свадьбы, через ностальгию она разлетелась по миру и стала почти фольклором.
В США ее исполняли красотки сестры Берри, в Израиле - Дуду Фишер, а автор этих строк помнит, как ни одна еврейская свадьба на юге Винницкой области не обходилась без нее. Сегодня ее знают даже там, где о Бельцах никогда не слышали, - редкий случай, когда название местечка стало узнаваемой мелодией и словами, которые находят отклик в душах людей, детство которых прошло в других городках.
Университет и город, который не стареет
Бельцкий университет - еще одно доказательство того, что город живет не только прошлым. Это единственный современный вуз на севере Молдовы. Он придает Бельцам молодость, шум, споры и ту самую интеллектуальную неуспокоенность, без которой северная столица превратилась бы просто в красивую провинцию.
Недаром Бельцы так и называют - северная столица Молдовы. По городу можно гулять долго, не повторяясь, каждый раз находя новый повод остановиться.
Тель-Авив без моря
Квартал с народным названием Тель-Авив в центре Бельц - не экзотика и не шутка. Это память о компактной, плотной еврейской жизни, о языке идиш, о мечтах и спорах. Здесь мы тоже были с Фельдманами. Мы даже позвонили в квартиру, где прошло детство Миши, но хозяев не было дома.
В какой-то момент стало ясно: этот Тель-Авив - не про географию. Он про связь. Про то, что Бельцы всегда смотрели дальше своих границ. А изображенное солнышко на торце одного из домов квартала будто бы напоминало, что в этом южном крае, как и в Тель-Авиве, бывает жарковато.
Танк свободной парковки и космических храмов
Отдельного внимания в Бельцах заслуживает монумент танкистам. Танк здесь - не столько памятник военной истории, сколько негласный символ городской свободы. Он как бы говорит: если даже танку можно стоять здесь годами, то обычному автомобилю - тем более.
Неудивительно, что вокруг него сложилась особая философия парковки: в Бельцах паркуются смело, творчески и с уверенностью в собственной правоте.
А еще в городе есть католический собор, который невозможно перепутать ни с чем. Его устремленные вверх формы больше напоминают многоступенчатую космическую ракету, готовую к старту, чем привычный храм. Кажется, что архитекторы всерьез рассчитывали на связь не только с небесами, но и с орбитой. Впрочем, Бельцы - город амбиций: если уж молиться, то с прицелом на космос.
Другие истории города
В другой раз мы посещали могилу Цадика Исраэля Иоффе, место тихой концентрации веры и памяти. Были у здания бывшей еврейской больницы, у старого пивзавода 1906 года, рассматривали многочисленные сооружения, за которыми стоят судьбы, а не только архитектура.
Отдельной главой стал Еврейский социальный центр "Хесед Яков". Там пожилые женщины с удивительным энтузиазмом пели нам песни, учили иврит и делали это с таким удовольствием, что становилось ясно: еврейская жизнь в Бельцах не закончилась - она просто стала чуть менее заметной.
Под аккомпанемент пианистки зал наполнялся теплом, которое невозможно подделать, и по просьбе участниц я тоже пел с ними и даже принял участие в занимательной еврейской викторине.
По словам директора Хеседа Полины Распитиной, когда-то евреи составляли большинство: до 60 процентов населения города. Сегодня в Бельцах живут около 1200 евреев, из которых 350 являются подопечными благотворительного центра. Цифры скромные, но за ними - люди, память и продолжение.
Финал по-бельцки
И, конечно, завершить прогулку по Бельцам можно только за столом. В культовом местном ресторане "Пештишор", который украшен охотничьими трофеями, а название в переводе с молдавского означает "рыбка", с традиционными карпом, мамалыгой, чесночным соусом, брынзой, сметаной и тем самым ощущением, что город снова сделал то, что умеет лучше всего: принял, накормил и оставил желание вернуться. Памятник теще на въезде в город не обманул!
Послесловие
Накануне публикации этого материала мы поговорили с Хагит - дочерью Михаэля и Раи, которая родилась в Израиле и впервые посетила родину мамы - Бендеры, и родину отца - Бельцы.
"Поездка в Бельцы была восхитительной! Особенно запомнился квартал, названный в 70-е Тель-Авивом, река, о которой мне в детстве рассказывал папа и о которой поется в знаменитой песне, а когда в ресторане в мою тарелку приземлился огромный карп, то казалось, что мне не удастся его осилить. Но он был таким вкуснейшим, что все получилось. Папе настолько понравилось путешествие, что он решил в ближайшее время снова посетить Бельцы!" - поделилась с "9 каналом" Хагит Фельдман.
Фото автора
комментарии