Вышла вторая часть интервью с бывшей заложницей террористов.
В программе "Увда" ("Факт") на 12 канале ИТВ вышла вторая часть большого интервью с Роми Гонен - бывшей заложницей ХАМАСа, которая почти год назад вернулась из плена. Первая часть интервью - тут.
Это редкий и очень откровенный рассказ о пережитом: о днях одиночества, жизни в туннелях ХАМАСа, других заложниках, психологическом давлении и разговоре по телефону с человеком, который позже оказался самым высокопоставленным командиром ХАМАСа в Газе. Сегодня Роми говорит об этом открыто и без страха: "Никто больше не заставит меня молчать".
Прошел почти год с момента освобождения Роми, но, как она признается, последствия плена остаются с ней - и физические, и психологические.
"Я была одна 35 дней"
После 34 дней содержания в одиночестве в квартирах в Секторе, на фоне наземной операции ЦАХАЛа Роми спустили в подземный туннель. "Один из командиров подошел ко мне и сказал: "Может быть, скоро приведут еще двух девушек". Я ответила: "Не может быть. Приведи их. Мне они нужны", - вспоминает она.
В туннель привели двух из семи наблюдательниц, похищенных с базы в Нахаль-Оз - Агам Бергер и Лири Эльбаг. "Агам была в хиджабе. Она зашла в клетку, села на мой матрас, и я сказала ей: "Пожалуйста, можешь просто обнять меня?" Это все, что мне было нужно. 35 дней я была одна, без человеческого прикосновения, если не считать домогательств", - рассказала Роми. Затем заложницы обнялись втроем.
На следующий день в туннель привели сестер Элу и Дафну Элиаким, восьми и пятнадцати лет. Их похитили из кибуца Нахаль-Оз после того, как на их глазах боевики застрелили их отца Ноама и его спутницу Диклу. "Когда я поняла, что две маленькие девочки, 8 и 15 лет, были до этого совсем одни, - это меня просто сломало", - сказала Роми.
Со временем в тесной клетке оказались и другие заложницы: Хен Гольдштейн-Альмог и ее дети Агам, Таль и Галь, Майя Шем, похищенная с фестиваля "Нова", и наблюдательница Наама Леви. На 40-й день войны в тоннель привели Эмили Дамари. С этого момента они стали неразлучны. "Если бы у меня не было Роми в плену, я бы умерла", - сказала позже Эмили.
Роми признается, что уже тогда Эмили поняла, через что ей пришлось пройти. "Меня спустили в туннель одну, и я проводила там 24 часа в сутки в полной тишине, это ломает психологически. А до этого менее чем за месяц меня домогались трое разных мужчин. Как жить дальше? Как не бояться, что это повторится?" - говорит она.
Телефонный разговор в тоннеле
Через две недели после того, как Роми оказалась в туннеле, началась реализация первой сделки по освобождению заложников. Охранники заметили, что она находится в тяжелом состоянии, и на следующий день сообщили ей, что ее не выпустят. "Мне сказали надеть хиджаб - меня ведут не домой, а наверх, в комнату командиров", - вспоминает она.
Ее провели по туннелям в помещение, где стоял телефон. "Я подняла трубку, и он сказал: "Шалом". Я сразу поняла, что он говорит на иврите. Он попросил меня рассказать, что со мной произошло", - говорит Роми. Выслушав ее, мужчина предложил сделку: "Я поставлю тебя первой в списке, а ты пообещаешь, что будешь молчать".
"Мне было все равно. Я хотела домой. Я сказала: "Обещаю, я не расскажу", - вспоминает она. Позже Роми поняла, что говорила с Из ад-Дином аль-Хаддадом - командиром бригады "Газа", самым высокопоставленным из лидеров ХАМАСа, выжившим после атаки 7 октября. "Я говорила с человеком номер один в Газе", - говорит она.
"Никто больше не заставит меня молчать"
О том, что ее освобождают, Роми узнала внезапно - утром, спустя 471 день после похищения на фестивале "Нова". "В 10:26 нас позвали смотреть телевизор и сказали: "Вы выходите сейчас одни, на улице вас будет ждать машина". Мы шли по улице и не верили: мы идем по Газе одни", - вспоминает она.
Позже их пересадили в другую машину, где Роми снова увидела аль-Хаддада. "Он обернулся и сказал: "Привет, девочки". Потом он спросил: "Ты помнишь нашу договоренность?" Я сказала: "Да". Он ответил: "Вот видишь, ты вышла первой". А потом снова напомнил: "Я надеюсь, ты сдержишь обещание". Я сказала: "Я сдержу".
С момента освобождения прошло полгода, прежде чем Роми смогла самостоятельно выйти из больницы и вернуться домой. Реабилитация продолжается до сих пор, и интервью, снятое на протяжении всего этого времени, стало для нее важной вехой.
"Меня много раз заставляли молчать и требовали не рассказывать о том, что со мной произошло, - сказала она в конце. - А теперь я здесь, перед камерой. И никто больше не заставит меня молчать. Это случилось со мной. Это ужасно. С последствиями я живу каждый день. Но я здесь. Я это победила. Это все позади. И я намного сильнее".
комментарии