В то время как мировые центральные банки с 2022 года скупают физическое золото, Банк Израиля придерживался политики “нулевого золота”.
Что бы вы сделали, узнав, что ваш “звездный” управляющий инвестиционным портфелем, которому вы доверили пенсионные накопления, приносит доходность в 3, а то и в 4 раза ниже, чем его коллеги в других фондах?
Скорее всего, потребовали бы немедленных объяснений или сменили бы такого стратега. Однако, когда речь заходит о национальном активе Израиля объемом около 230 миллиардов долларов, сумме, эквивалентной почти 40% ВВП страны, общественность годами довольствуется аргументами о безопасности и ликвидности, пока другие страны снимают сливки с исторического ралли золота.
Парадокс бедных богачей
В то время как мировые центральные банки с 2022 года скупают физическое золото рекордными темпами - более 1000 тонн в год, Банк Израиля на протяжении десятилетий придерживался политики “нулевого золота”. Логика регулятора была обезоруживающе простой: золото не приносит процентов, оно волатильно и дорого в хранении. Вместо этого Банк предпочитал держать валюту и облигации, считая их эталоном стабильности.
Лишь в 2022 году, под давлением глобальной инфляции и растущих геополитических рисков, монетарный комитет под руководством профессора Амира Ярона принял решение включить золото в портфель с целевым показателем в 2%. Однако, несмотря на этот декларативный шаг, текущие статистические отчеты и публикации в прессе продолжают фиксировать долю золота на уровне, близком к 0%. Этот робкий и, судя по всему, так и не реализованный маневр Израиля выглядит скорее как формальная отписка, чем как реальная стратегия защиты национальных интересов.
В это же время все западные центробанки понижали валютные активы и повышали запасы золота. Сегодня США удерживают в золоте около 80% своих резервов, а еврозона - более 70%.
Математика упущенных возможностей и исчезающие миллиарды
Давайте сравним результаты. Банк Израиля по праву гордится своим “активным управлением” и тем, что довел долю акций в портфеле до 23%. Это действительно позволило показать среднюю доходность на уровне 2,8% за последние 10 лет. Цифра кажется достойной, пока мы не посмотрим на балансы тех, кто не побоялся инвестировать в реальные активы.
За то же десятилетие среднегодовая доходность золота (CAGR) составила около 13,7%. Благодаря этому совокупная доходность активов ФРС США, где золото доминирует, оценивается примерно в 11% годовых в рыночных ценах. Разрыв впечатляет: доходность Банка Израиля в 4 раза ниже, чем у США, если оценивать активы по их реальной рыночной стоимости.
Но проблема не только в недополученной прибыли. Отсутствие диверсификации через золото делает национальное богатство заложником слабости доллара. В начале 2025 года валютные резервы Израиля в шекелевом эквиваленте оценивались примерно в 730 млрд шекелей. Сегодня, в начале 2026 года, из-за резкого укрепления шекеля на 12,5% за год, та же долларовая сумма в пересчете на местную валюту стоит почти на 100 миллиардов шекелей меньше. Эти деньги буквально испарились из национального баланса.
Если бы значительная часть резервов хранилась в золоте, которое в 2025 году выросло в цене более чем на 60%, этот рост полностью компенсировал бы потери от укрепления шекеля и принес бы добавочные десятки миллиардов шекелей. Возникает резонный вопрос: кто заплатит за эту стратегическую ошибку?
Глобальные риски: закат долларовой гегемонии
Упорное нежелание Банка Израиля диверсифицировать резервы вне долларовых инструментов выглядит особенно тревожным на фоне тектонических сдвигов в мировой финансовой системе. Сегодня Китай, Россия и другие страны БРИКС предпринимают скоординированные усилия по подрыву привилегированного положения доллара США, стремясь создать альтернативные системы расчетов. Процесс дедолларизации ускорился после того, как западные страны создали прецедент “оружейного” использования валюты, заморозив российские активы в 2022 году.
Хранение почти всех национальных сбережений в обязательствах страны с государственным долгом, превысившим 38 триллионов долларов, - это огромный системный риск. Доллар больше не является безусловным безопасным убежищем. В условиях, когда обслуживание американского долга обходится дороже, чем оборонный бюджет США, продолжение политики “все яйца в одной долларовой корзине” чревато катастрофой для израильской экономики при любом серьезном кризисе доверия к ФРС.
Безопасность или самоуверенность?
Золото - это актив с нулевым риском контрагента. Оно физически находится в распоряжении государства и не зависит от платежеспособности или политической воли Вашингтона. В условиях, когда Израиль сам находится в эпицентре геополитической турбулентности, отсутствие значимого физического “якоря” в резервах выглядит как опасная самоуверенность.
Банк Израиля потратил годы на создание сложной инфраструктуры управления, найм дорогих аналитиков и закупку программного обеспечения для биржевой торговли. Итогом стал результат в 2,8% годовых. В то же время центробанки Европы, просто “сидя” на своих слитках, стали богаче на десятки процентов за год без лишних усилий и комиссий брокерам.
Заключение: время менять benchmark
Декларация 2022 года о переходе к 2% золота в портфеле была признанием ошибки, но масштаб этого признания ничтожен, а реализация сомнительна. Израилю нужен не символический жест, а полноценная стратегия обеспечения национального суверенитета через реальные активы.
Если бы страна держала хотя бы 20% резервов в золоте, национальное богатство сегодня было бы на десятки миллиардов долларов больше. Эти средства могли бы покрыть дефицит бюджета, вызванный войной, без необходимости повышать налоги или брать новые дорогие займы. Настало время спросить: не слишком ли дорого обходится стране интеллектуальный снобизм регулятора, который продолжает игнорировать золото, пока весь остальной мир превращает его в фундамент новой финансовой реальности? В противном случае мы так и останемся “самыми умными” теоретиками с самым низкодоходным портфелем в развитом мире.
комментарии