Прочтите – и станет немного легче.
Доктор Ахона Гуха – клинический и судебный психолог, специалист по работе с травмой из Мельбурна – поделилась практическими советами о том, как сохранить устойчивость и не потерять себя, когда живешь в условиях войны и постоянной тревоги. Ее статью публикует газета The Guardian.
После начала войны Израиля и США против Ирана график психотерапевтов забит под завязку. Клиенты обсуждают возможность третьей мировой войны и широко распространенное мнение о том, что мы стоим на опасном переломном этапе истории. Люди справляются с этим по-разному: одни спокойно пожимают плечами и принимают тот факт, что ничего не изменить, поэтому беспокоиться нет смысла, в то время как другие нервничают и навязчиво проверяют новости. Многие описывают сильное чувство обреченности.
"Я тоже испытывала подобное осознание того, что глобальный порядок изменился необратимо, и меня охватывает та же неопределенность, о которой говорят мои клиенты, – признается Ахона Гуха. – Планы кажутся рискованными, а решения, которые еще несколько месяцев назад были простыми (например, когда и куда поехать в отпуск или стоит ли менять диван на более дорогой), теперь обременены множеством трудностей и неразрешимых вопросов".
Многие задаются вопросами: будут ли границы открыты, а воздушное пространство безопасным? Будут ли билеты доступными по цене? Разумно ли тратить деньги на отдых или различные товары в условиях надвигающегося глобального экономического спада? Для большинства из нас тревога, которую мы испытываем в последние несколько лет, гораздо глубже, чем просто ситуативная тревожность.
В самом деле, ее даже нельзя справедливо назвать клиническим тревожным расстройством, поскольку это точная и реалистичная реакция на мир, изменившийся до неузнаваемости, где многочисленные изменения сливаются воедино, создавая поликризис.
Наиболее точное описание того, что мы переживаем, – это, пожалуй, глобальная травма, когда масштабные события, такие как войны, оказывают разрушительное воздействие на целые общества. Больше всего страдают те, кто непосредственно пострадал от военных действий. Но и люди, ставшие свидетелями этих страданий, могут испытывать сильные негативные реакции, такие как депрессия и страх. В основе этого лежит изменение нашего понимания будущего, крах нашей веры в то, что будущее будет предсказуемым, безопасным и контролируемым.
Изначально наше понимание мира основано на предсказуемости и представлении о том, что мы останемся в безопасности. Но нынешняя ситуация заставила многих из нас столкнуться лицом к лицу с самым глубоким ужасом, который испытывают люди, – страхом смерти.
Экзистенциальные психологи считают, что большая часть нашей тревожности – будь то тревога за здоровье, генерализованная тревожность, фобии или реакции на травму – возникает из нашего врожденного страха перед смертью.
Теория управления страхом смерти предполагает, что мы справляемся с этим страхом различными способами, например, веря в концепции бессмертия, повышая самооценку, придавая смысл жизни и усиливая наше восприятие собственной значимости. Мы используем психологические защитные механизмы, чтобы справиться с осознанием надвигающейся смерти, и обычно можем либо отрицать эту реальность, либо рационализировать ее ("Я еще молод и здоров").
Потеря контроля над происходящим и переживание таких ужасных событий, как война, вновь выводят на первый план осознание конечности бытия, разрушая все наши защитные механизмы.
Значительная часть нашей нынешней тревожности проистекает из этого активированного страха, на который накладываются другие понятные опасения по поводу геополитических и экономических изменений – повышение процентных ставок и цен на топливо, нехватка продовольствия и резкое ухудшение образа жизни.
Человеческому мозгу трудно справляться с непредсказуемостью, и те, кто склонен к тревожности, скорее всего, воспримут эти изменения как экзистенциальную угрозу и отреагируют на нее беспокойством.
Справиться с этой формой экзистенциальной тревоги – непростая задача, и никакие когнитивные переосмысления или дыхательные техники не могут в этом помочь.
Становится легче, когда ты честно признаешь, что с тобой происходит. И назовешь вещи своими именами – например, что это экзистенциальная тревога. Это куда здоровее, чем делать вид, что все в порядке, и переключаться на мелочи вроде "когда лучше покупать билеты – сейчас или потом".
После того как мы дадим этому название, важно сделать несколько глубоких вдохов и осмыслить реальность меняющегося мира и нашего места в нем. Это включает в себя принятие неизбежного конца жизни (это сложная задача, разумеется), принятие того факта, что любая жизнь будет полна как физической, так и эмоциональной боли, а также заново осмысливать, что для нас теперь значат свобода и чувство уверенности.
"Важно иметь смелость отбросить защитные механизмы, чтобы мы могли просто назвать свои страхи и встретиться с ними лицом к лицу", – пишет психолог.
У нас может возникнуть соблазн поспешить обратно к "нормальной жизни", чтобы успокоить испытываемую тревогу. Хотя в действительности мир необратимо изменился по сравнению с безопасным и стабильным международным порядком, к которому привыкли жители Запада.
Вместо этого могут помочь несколько задач:
- учиться быть гибким внутри – принимать, что реальность может измениться в любой момент, и не цепляться за ощущение стабильности;
- стараться мыслить реалистично: да, ситуация опасная, но это не значит, что худший сценарий обязательно произойдет;
- заново понять, что для тебя важно и как ты хочешь двигаться дальше;
- оставаться верным своим жизненным ценностям, несмотря на перемены;
- поддерживать связи с людьми вокруг – это дает ощущение устойчивости и взаимопомощи.
комментарии