Расизм XXI века любит хороший интерфейс

В Италии появился знакомый по истории запах нацизма. Вам возразят: это просто антисионизм, активисты всего лишь против “сионистского туризма”. Однако судите сами.

Вот текст объявления:

“Картирование сионистского туризма.

Эта форма предназначена для регистрации случаев туризма, купли-продажи недвижимости и, в более широком смысле, сионистской неоколонизации в Италии. Ваши данные останутся защищёнными и конфиденциальными. Однако мы просим указать источник информации, чтобы иметь возможность координировать возможные инициативы и оказывать поддержку территориям, затронутым этим явлением.

Просим распространять эту информацию. Даже во время отпуска вы можете занять позицию, проявить ответственность и осознанно относиться к тому, что происходит вокруг вас”.

Всё так современно. Никаких грубых слов, оскорблений. Никаких призывов: “Бей”. Никаких жёлтых звёзд.

Только Google Forms, конфиденциальность данных и просьба сообщать, где отдыхают израильтяне, кто покупает недвижимость и в каких местах замечена так называемая “сионистская неоколонизация”.

Расизм XXI века любит хороший интерфейс.

Стоит, однако, заменить выражение “сионистский туризм” на более честное - “присутствие израильтян и евреев”, - и канцелярский нейтральный стиль исчезает. Перед нами оказывается старый, слишком хорошо знакомый сюжет.

Людей предлагают учитывать не за преступления, не за нарушение закона и не за конкретные действия. Их предлагают фиксировать не по поступкам, а по национальному происхождению - по паспорту, фамилии, кипе или звезде Давида. Попадают ли в эту категорию все граждане Израиля, или арабским жителям Иерусалима и Хайфы сделают скидку?

И что означает “координация возможных инициатив”?

Бойкот гостиницы? Давление на владельца квартиры? Пикет возле дома? Публикация имён? Или, как в Монголии, исламонацисты с топорами нападут на израильских туристов с криками: “Гитлер был прав”?

Формулировка нарочно туманна. Так удобнее. Человек передаёт сведения, а потом может сказать, что всего лишь “поддерживал инициативу”.

Именно так и начинается нацизм. Сначала собирают информацию. Потом составляют карту. Затем объясняют, что речь идёт не о людях, а лишь о “явлении”.

После этого находятся активисты, готовые помочь обществу очиститься от этого явления.

Разумеется, современная Италия - не нацистская Германия. Но власти не слишком озаботились этим призывом, а люди сделали вид, что ничего не случилось.

В Германии евреев тоже не сразу начали уничтожать. Сначала их определяли, регистрировали, отделяли от остальных, лишали профессий, прав и возможности быть частью нормальной общественной жизни.

Нацистская машина смерти выросла не из пустоты. Ей предшествовали списки, анкеты, учёт происхождения и многолетнее формирование в общественном сознании представления о том, что еврей - не человек, а проблема, требующая административного решения.

В Италии в 1938 году режим Муссолини ввёл расовые законы. Евреев исключали из школ, университетов, государственных учреждений, армии и профессиональной жизни. И там тоже всё оформлялось не погромным криком, а официальным языком постановлений, справок и реестров.

Поэтому, когда в современной Италии кто-то предлагает картировать места, связанные с “сионистским туризмом”, историческая память должна сработать мгновенно.

Не потому, что завтра появятся лагеря.

А потому, что цивилизованное общество обязано пресекать подобные инициативы задолго до того, как они дадут свои плоды.

Современный антисемит любит считать себя борцом за справедливость. Он против всех предрассудков, кроме одного - еврейского вопроса. Он защищает все народы, кроме того, которому отказал в праве на собственное государство. Он возмущается любым обобщением, но легко превращает каждого израильского туриста в “неоколонизатора”.

Это очень удобная мораль.

Человек приезжает в Италию, снимает гостиницу, покупает мороженое и делает селфи на фоне собора. Но в глазах составителя анкеты он не просто турист. Он - часть “сионистского заговора”.

Итальянский торговец продаёт квартиру израильтянину. Казалось бы, обычная гражданская сделка между двумя взрослыми людьми. Но нет. Это уже “неоколонизация”.

По этой логике немец, купивший дом в Тоскане, - инвестор. Американец - экспат. Француз - ценитель итальянской культуры. А израильтянин - колонизатор.

Вот это и называется расизмом с запахом нацизма: когда одно и то же действие оценивается по-разному в зависимости от происхождения человека.

Можно сколько угодно прикрываться словом “сионизм”. Но если на практике вы предлагаете выслеживать израильтян, фиксировать их поездки, сделки и места пребывания, то объектом вашей деятельности становятся не идеи, а люди.

Политическую идеологию нельзя занести на карту по адресу гостиницы. А человека - можно.

Особенно отвратительно обещание, что сведения останутся “защищёнными и конфиденциальными”.

Надо полагать, жертву должно утешить, что донос на неё оформлен в соответствии с правилами хранения персональных данных.

Европейский антисемитизм стал значительно культурнее. Теперь он не разбивает витрину. Он создаёт таблицу. Не рисует на двери звезду - отмечает объект на карте. Не пишет донос в полицию - отправляет данные через форму Google.

Прогресс очевиден.

Если бы кто-то предложил создать карту “мусульманского туризма”, фиксировать покупки недвижимости арабами и сообщать о “неоколонизации Италии выходцами из Африки”, авторов совершенно справедливо назвали бы расистами.

Но когда речь идёт об израильтянах и даже евреях Италии, имеющих двойное гражданство, начинается:

“Мы не против евреев, мы только против сионистов”.

А сионисты - это все, кто живёт в Израиле. Правда, есть убеждённые и случайные, но всё равно все.

Это всё тот же старый антисемитизм, только переодетый в язык деколонизации.

Самое мерзкое даже не сама анкета. А то, что её создателям показалось естественным призвать людей следить друг за другом во время отпуска. Человек должен не отдыхать, а смотреть по сторонам: нет ли поблизости подозрительного израильтянина, слишком “сионистской” сделки или квартиры, купленной неправильным покупателем.

Донос превращается в гражданскую добродетель. Подозрительность - в политическую сознательность. Предубеждение - в ответственность.

И всё это сопровождается просьбой “распространять”.

История действительно не повторяется буквально. Она меняет одежду, лексику и технические средства.

Раньше был бумажный реестр. Теперь - электронная форма.

Раньше спрашивали о расовом происхождении. Теперь - о “сионистской неоколонизации”.

Раньше призывали очистить общество от евреев. Теперь предлагают защищать территории от их туризма.

Но принцип остаётся прежним: выделить одну группу, представить её присутствие как угрозу и приучить общество к мысли о необходимости следить за ней.

Именно поэтому эту инициативу следует назвать прямо. Это расистская и антисемитская практика составления списков людей по признаку их происхождения и предполагаемых убеждений.

Европа должна помнить лучше других: самые страшные страницы её истории начинались не с газовых камер. Они начинались с вопроса:

“Сообщите нам, где они находятся”.

Блог автора на Facebook