Я уже столько времени в Израиле, в Кармиэле, что, проезжая Мааравит, думаю: а ведь я и тут жил...
Я уже столько времени в Израиле, в Кармиэле, что, проезжая Мааравит, думаю: а ведь я и тут жил. Еще в шестнадцатом. Рядом с парком. И ватагой бездомных котов.
А вон в той башне — Инна с Мишей.
Обоим под девяносто, муж с женой, тридцать лет на заводе отработали. Она техконтролером, он на хромировании. Теперь у него астма, у нее Альцгеймер и куча всякого.
Квартира на последнем этаже без лифта, по соседству. Я туда за ними однажды и потащился: попросили "телевизор отремонтировать".
— Толя едва ли умеет, — говорила Инна, — зачем ты его позвал? Он больше по котам. Может, он, вообще, ветеринар. А нам нужен телемастер!
— Инночка, успокойся, я так-таки разбираюсь в людях. Может, пусть заодно наших котов посмотрит: здоровы ли?
У них живет пара жирненьких и любопытных котов.
Миша дышит тяжко, со свистом, смотрит вниз.
— Инночка, ты где? Не вижу тебя!
— Да иду я, иду, родной! Я на четвертом, отдохну немного!
— Кулек наш не отвязали?
— На месте, не отвязали, иди уж, человека задерживаешь, я скоро!
— Все время отвязывают! Может, дети?
Пакетик на перилах он привязывает — чтобы она не забыла этаж.
Приходим.
— Вот, смотри, Толь, включаем, и черный экран! А нам за него еще три месяца платить!
— Вы ресивер не включили.
— Так у него пульта нет!
— И не надо, там кнопка.
Ожил экран, 9 канал.
— Ух, спасибо! Тода раба!
И буду ли я чаю с печеньками шоколадными? Ах, не буду! А то кумкум (чайник) быстро закипит.
— Спасибо! И будьте здоровы!
Уже в прихожей слышу:
— Мишенька, ты ему сказал, что завтра дождь?
— Сказал. И что будет лить два дня.
— Нахон. А потом солнце. Хорошо, что сказал.
— Да, хорошо… Инночка, тебе ноги укрыть? Дует что-то.
— Укрой, вот так, да, хорошо.
— Ну, и Барух а шем!
Блог автора на Facebook
комментарии