Милей в Израиле и “Исааковы соглашения”

Визит президента Аргентины Хавьер Милей в Израиль трудно рассматривать как обычный дипломатический эпизод. Формально - это трехдневная поездка с обязательным набором символических и институциональных жестов: Стена Плача, встречи с руководством страны, университетские трибуны, религиозные визиты. Но по сути - это попытка встроить Израиль в более широкую географию союзов, выходящую за пределы привычного ближневосточного контура.

Милей приезжает в момент, когда регион находится в состоянии неустойчивого равновесия: переговоры США и Иран продвигаются, но сопровождаются постоянными сбоями - от угроз закрытия Ормузского пролива до взаимных обвинений в нарушении перемирия. В такой ситуации любой визит иностранного лидера автоматически становится не только актом поддержки, но и частью более сложной политической архитектуры. И Милей, судя по заявленным планам, сознательно играет именно на этом уровне.

Центральным элементом повестки стали так называемые “Исааковы соглашения” - формулировка, которая сама по себе уже требует расшифровки. Это не документ, закрепленный в международном праве, и не продолжение уже существующих договоренностей в формальном смысле. Скорее, это политическая конструкция, попытка перенести логику нормализации, реализованную на Ближнем Востоке, в другое пространство - Латинскую Америку.

Если Соглашения Авраама были направлены на то, чтобы легализовать отношения Израиля с мусульманскими государствами, то новая инициатива предполагает иной масштаб: речь идет не о снятии барьеров, а о формировании заранее дружественной среды.

В этом и заключается ключевое различие. В мусульманском мире нормализация была преодолением исторического конфликта. В Латинской Америке - это, напротив, попытка институционализировать уже существующую политическую симпатию, превратив ее в систему.

Для Милея это означает создание нового внешнеполитического профиля Аргентина - не как региональной державы с традиционной многовекторностью, а как страны, сознательно встраивающейся в ось, ориентированную на Израиль и Соединенные Штаты.

Этот сдвиг особенно заметен на фоне общей трансформации международных связей. Израиль в последние годы стремится выйти за пределы ближневосточной изоляции, компенсируя давление со стороны части Европы и международных организаций расширением круга партнеров. В этом смысле Латинская Америка - удобное направление: здесь нет прямого исторического конфликта с Израилем, но есть политические режимы, готовые к более тесному сотрудничеству.

Однако инициатива Милея - это не просто расширение списка союзников. Это попытка изменить саму логику союзов. Если раньше геополитические блоки формировались вокруг региональных интересов, то сейчас они все чаще выстраиваются вокруг политической идентичности и ценностной близости. “Исааковы соглашения”, в том виде, в каком они описываются, - это не столько про безопасность или экономику, сколько про принадлежность к определенному лагерю.

Именно поэтому визит Милея приобретает дополнительное измерение. Он происходит на фоне войны, переговоров и внутренней неопределенности в Иране, где разные центры силы демонстрируют разную готовность к компромиссу. В этой ситуации любая новая коалиция, даже пока не оформленная институционально, становится фактором давления. Она сигнализирует: у Израиля появляются партнеры за пределами привычного круга, а значит, пространство для дипломатической изоляции сужается.

При этом остается вопрос, насколько устойчива подобная конструкция. В отличие от государств Ближнего Востока, где нормализация была подкреплена конкретными экономическими и военными интересами, в Латинской Америке многое будет зависеть от политической конъюнктуры. Милей может задать направление, но сможет ли оно пережить смену власти или изменение внутренней повестки - пока неясно.

Блог автора в Telegram