Что мешает Израилю победить врагов?

Еще до 7 октября создавалось ощущение, что частота минивойн Израиля продолжительностью то по несколько дней, то чуть длиннее, с тем же ХАМАСом, растет. Периодически проводились и более продолжительные военные операции.

Вот неполный список значимых военных конфликтов с Газой за последние годы:

• "Литой свинец" (декабрь 2008-январь 2009),
• "Облачный столп" (ноябрь 2012),
• "Несокрушимая скала" (июль-август 2014),
• "Страж стен" (май 2021),
• "Рассвет" (август 2022),
• "Щит и стрела" (май 2023)...

Ну а потом все это достигло пика 7 октября 2023 года. С тех пор израильтяне живут в перманентной войне, которая то становится тише, напоминая мирное время, то снова разгорается, загоняя людей в убежища.

Остается главный вопрос - почему, несмотря на блестящие военные успехи ЦАХАЛа, никак не получается довести дело до конца, до того самого, которого в прошлом называли победой.

Не вот этого упрямого бахвальства с буквой V из пальцев в объектив на фоне развалин до горизонта, а чего-то напоминающего подписание соглашения о капитуляции с парадом и ритуальным сожжением флагов. Может, не столь пафосного, но чтобы было всем очевидно, что противник повержен, режим сменился, происходит дерадикализация, грядут настоящие перемены, а не очередной косметический ремонт.

Прощай, стратегия

Почему все невероятные усилия ЦАХАЛа и бесконечное терпение обстреливаемых израильтян не трансформируются в серьезный результат, а приводят к решениям, которые выглядят как полумеры? Почему все они тактические, но нет стратегического поворота, который мог бы в корне изменить ситуацию - на поколения вперед?

Это фундаментальная проблема современного конфликта на Ближнем В. Блестящие тактические операции и военное превосходство не конвертируются в долгосрочный мир или политическую стабильность. Причин у этого несколько. Попробуем разобрать их.

Само определение "победы" переживает кризис. Мы привыкли представлять себе победу как разгром армии противника и подписание мирного договора на условиях победителя. Но это возможно, когда воюют два государства с регулярными армиями. Когда идет гибридная война, в которой государству противостоят негосударственные игроки, наподобие ХАМАСа или прокси-группировок Ирана, победа в классическом смысле недостижима.

Тактический успех - ликвидация важного командира или уничтожение инфраструктуры террористов - дает временную передышку, но не приводит к смене "климата", не приносит политическое решение.

Группировки движимы религиозной радикальной идеологией, поощряют "мученичество", в некоторых случаях специально децентрализуют руководство на случай точечных ликвидаций. Получается, что радикальные идеи одной группы противостоят неповоротливой государственной системе.

Асимметрия целей. Если для государства успехом считаются стабильность и процветание, то для террористических группировок сам факт продолжения своей деятельности ("сопротивление") - это уже победа.

Управление, а не решение

В Израиле до 7 октября доминировала концепция "управления конфликтом" (conflict management), а не "разрешения конфликта". На израильском военно-политическом сленге это называется "стрижкой газона" - когда террористическая группировка становится сильной и начинает донимать достаточно болезненно, проводится операция, которая на время ослабляет террористов. Но со временем они приходят в себя, и все возобновляется с новой силой.

Попутно группировки развивают ракетные технологии, получая возможность расширить зону обстрела и ищут другие способы атаковать Израиль (подземные туннели, запуск горящих воздушных шаров, проведение "маршей возвращения", и так далее).

"Управление конфликтом" - это тактика, которая возведена в ранг стратегии. Это позволяет тянуть время и избегать принятия трудных политических решений - о статусе территорий или переговорах, но постепенно только усугубляет общее положение. Потому что проблема не решается в корне, но становится хронической. Что, как в медицине, имеет печальные последствия.

Многократно отложенный взрыв мощным образом произошел 7 октября, и с тех пор израильтяне пожинают его последствия. Если сейчас не будут сделаны верные выводы, поставлены правильные цены, и не будет определена стратегия, Израиль сильно рискует получить другие "7 октября" в ближайшие годы. Каждое такое событие будет еще более болезненным, чем предыдущее. Ну а враги израильтян прямо говорят о своем намерении именно так все и сделать.

Политическая нестабильность против планирования на много лет вперед

Еще одна причина, что тактика превалирует над стратегией - особенность политического устройства демократического государства, где регулярно проводятся выборы, а коалиция подвергается мощному давлению как изнутри, так и снаружи - от оппозиции. То есть, постоянная политическая нестабильность.

У долгосрочных решений высокая цена. Настоящая стратегия требует болезненных уступок или серьезных жертв (финансовых и человеческих) сегодня ради туманного блага годы спустя. Для политика, борющегося за выживание коалиции прямо сейчас, это часто неприемлемо.

Популизм в такой ситуации выгоднее, чем государственное видение. Избирателю легко "продавать" тактические успехи - ликвидацию лидеров террора, уничтожение инфраструктуры, успешный перехват ракет. Стратегическое планирование, выстраивание устойчивой системы, которая будет работать много лет, - это все сложно, дорого и не дает немедленного результата в виде благодарности избирателя. Где-то даже наоборот.

В отличие от Израиля, где политики ведут свою перманентную войну друг с другом, и внутриполитический расклад почти всегда нестабилен, противники Еврейского государства мыслят стратегическими категориями - на много лет вперед.

Тот же Иран много десятилетий терпеливо создавал, тренировал и укреплял группировки в странах рядом с Израилем, окружая его "кольцом огня". Получается серьезное несоответствие - один из противников просчитывает свои действия на десятки ходов вперед, а другой заинтересован в сохранении затишья и отсутствии эскалации здесь и сейчас. Это создает стратегический разрыв.

Израильское руководство годами объясняло свое бездействие нежеланием провоцировать крупную региональную войну, цена которой может быть слишком высокой, а общество может не быть готово. Отсюда серьезные колебания и первоначальный отказ от действий летом 2023 года, когда "Хизбалла" устроила провокацию в спорном районе на горе Дов, установив там всего лишь две палатки.

А что дальше?

Еще одна дилемма связана с отсутствием более привлекательной альтернативы власти террористов. Технически можно перебить и изгнать лидеров ХАМАСа из Газы. Но кто займет их место? Кто возьмет на себя ответственность за почти два миллиона жителей? Опыт Ирака, Ливии и Сирии показывает, что вакуум власти ведет к еще большему хаосу и росту влияния еще более радикальных сил. Из-за этого лидеры нередко предпочитают выбирать неудобный и нежелательный статус-кво.

Таким образом, тактика - это безопасное убежище для политических лидеров, горизонт планирования которых объективно сужен различными обстоятельствами. "Подстрижка газона" дает иллюзию контроля и позволяет продемонстрировать какой-никакой быстрый результат. В итоге, мы имеем "стратегический паралич".

Стратегия - штука дорогостоящая. Для проведения реальных преобразований необходима масштабная продолжительная война, что неприемлемо также для мирового сообщества и бьет по экономике, либо принятие крайне непопулярных мер, на которые в обществе нет консенсуса.

Например, израильское руководство не смогло решить, что ему предпочтительнее из двух вариантов - оккупировать Газу, создав военную администрацию, чтобы проводить там необходимые преобразования, либо передать власть Палестинской автономии, что абсолютно неприемлемо для нынешней коалиции. Вариант с усилением кланов не сработал. В итоге, Белый дом продвигает план, который отодвигает Израиль в сторону.

Поворот 7 октября

Хорошая новость в том, что события 7 октября стали мощнейшим катализатором, который разрушил старую парадигму "управления конфликтом". Ситуация не просто вынуждает принимать стратегические решения - она сделала невозможным возвращение к прежней модели временных мер. В то же время, вопрос о том, стало ли это новой стратегией, все еще остается открытым.

До 7 октября стратегией было сдерживание: Израиль полагался на высокие технологии ("умный забор", "Железный купол") и экономические стимулы для населения Газы, полагая, что ХАМАС рационален и дорожит властью. Атака в "черную субботу" показала, что все это иллюзии.

В итоге, под давлением обстоятельств Израиль от сдерживания перешел к демонтажу террористических структур. Еврейское государство больше не готово мириться с тем, что на его границах растут и крепнут террористические армии, даже если они до поры до времени ведут себя тихо.

Произошел исторический переход от старой военной доктрины "быстрых и мощных ударов по территории противника" к концепции "продолжительной войны" на нескольких фронтах одновременно. Нынешняя война уже самая продолжительная за всю историю страны. Это требует не только психологической готовности израильского общества, но и пересмотра всей экономики и структуры резерва.

Несмотря на очевидную неприемлемость прежних ответов на внешние угрозы, новая стратегия все еще не родилась. Она рождается в муках прямо сейчас. Когда израильтяне высоко оценивают действия армии, но недовольны тем, что правительство все никак не может трансформировать военные успехи в долгосрочную безопасность. Половинчатые меры полностью потеряли легитимность.

Так Израиль из режима "игнорирования стратегии" перешел в режим "вынужденного поиска стратегии". Основной риск сейчас - вернуться к более привычному "тактическому выживанию", когда непосредственная угроза несколько ослабнет. Если это произойдет, тогда повторение трагедии 7 октября станет неизбежным.