Сирийская армия с нуля

Многим кажется, что после прихода к власти Ахмада аш-Шараа именно его группировка “Хайят Тахрир аш-Шам” (ХТШ) стала армией Сирии и, соответственно, несёт ответственность за всё происходящее в стране, включая резню религиозных меньшинств. Однако такой подход не совсем верен.

Хотя ХТШ нынешнего президента Сирии была наиболее сильной, боеспособной, идеологически мотивированной, дисциплинированной и относительно самостоятельной группировкой, после захвата власти и начала формирования новой армии она оказалась лишь одной из многих оппозиционных сил с разными интересами, идеологией, этническим составом и внешними покровителями, которые ещё предстоит объединить в единые вооружённые силы.

В результате 35-тысячная ХТШ вливается в новую армию Сирии вместе с созданной Турцией так называемой 75-тысячной “Сирийской Национальной Армией” (СНА). Последняя де-факто представляла собой не единую армию, а коалицию самых разных арабских и туркоманских (тюркоязычных) суннитских исламистских группировок, лишь формально имеющих общее командование. При этом лидеры входящих в неё группировок имеют взаимные претензии, собственные интересы и своё видение будущего Сирии.

Но и это ещё не всё. В состав новой армии включают также 5-тысячную “Сирийскую Свободную Армию” (ССА), созданную США и базировавшуюся в районе Эт-Танфа на юге Сирии, у границы с Иорданией.

Таким образом, президент пытается объединить в одну армию совершенно разные и зачастую конкурирующие друг с другом силы, которые за пределами собственной ХТШ далеко не всегда готовы беспрекословно ему подчиняться. Поэтому одной из главных проблем новой армии остаются низкая дисциплина, слабая слаженность подразделений и неоднозначная лояльность командиров различных группировок.

Интеграция происходит в зависимости от численности формирований с сохранением их прежнего командования: группировки численностью более 5 тысяч человек становятся дивизиями, более мелкие - бригадами.

Предпринимаются попытки интегрировать в новую армию и военнослужащих армии Башара Асада. Поскольку большинство кадрового состава прежних вооружённых сил составляли сунниты, после проверок и фильтрационных мероприятий они становятся частью новых вооружённых сил.

Однако ожидаемые проблемы возникают с алавитами - религиозной общиной, к которой принадлежал Башар Асад. Как правило, они занимали более высокие офицерские должности, но в новой армии для них практически не находится места. Схожая ситуация складывается с друзами и шиитами. Положение христиан несколько лучше, но ненамного. При этом считается, что именно алавиты, друзы и христиане составляли наиболее лояльную социальную базу прежнего режима.

Очевидно, что новая сирийская армия формируется прежде всего как армия суннитского большинства.

Согласно январскому соглашению между правительством Сирии и Сирийскими Демократическими Силами (СДС), курдские вооружённые структуры также должны стать частью единой армии.

Однако курды интегрируются на более выгодных и автономных условиях, чем остальные. Была утверждена должность заместителя министра обороны по северо-восточным территориям, которую занял курд Сипан Хамо - командующий курдскими ультралевыми Отрядами народной самообороны (YPG/YPJ), ранее составлявшими ядро Сирийских Демократических Сил.

Вооружённые формирования СДС входят в состав вооружённых сил Сирии, сохраняя прежнее командование и места дислокации. Курировать их интеграцию, обеспечивать снабжение и представлять их интересы будет всё тот же Хамо. Иными словами, главным посредником между Дамаском и курдскими подразделениями остаётся представитель самих курдов.

Интеграция конкурирующих группировок в единый силовой блок может стать для президента Шараа инструментом укрепления личной власти. Конкурируя друг с другом, различные силы будут меньше внимания уделять Дамаску и неизбежно доносить друг на друга. Это снижает риск военного переворота, а также позволяет центральной власти использовать противоречия между группировками для ослабления потенциальных соперников, сталкивая их между собой.

Блог автора: Голос арабов: Ибрагим Муса