Невидимый Хаменеи восседает "над схваткой".
Аятолла Моджтаба Хаменеи, считающийся верховным лидером Ирана, жив и относительно дееспособен – так утверждает американская газета "Нью-Йорк таймс".
Авторы, выдвигающие собственную версию относительно нынешнего состояния персидской политики, объясняют, что Хаменеи-младший вынужден балансировать между двумя лагерями, которые пытаются перетянуть его на свою сторону.
Один – это лагерь "прагматиков" (разумеется, по иранским меркам), то есть тех, кто выступает за переговоры с Западом и обсуждение условий. Второй – условная богословско-фундаменталистская фракция, которая вообще не склонна ни к каким компромиссам.
К "прагматикам" американские левоориентированные журналисты относят спикера парламента Галибафа, министра иностранных дел Арагчи и президента Пезешкиана, которые (при всей их воинственной риторике) вообще склонны к политическим переговорам.
Авторы статьи утверждают, что сейчас в Иране хватает влиятельных лиц, которые считают этих "прагматиков" предателями, заслуживающими смертной казни.
По версии "Нью-Йорк таймса", Моджтаба Хаменеи дал добро на переговоры только после того, как его убедили в неминуемом экономическом и политическом крахе Ирана.
Кроме Пезешкиана, который якобы лично встречался с Моджтабой, внушил тому, что вся страна на грани паралича, и даже грозил своей отставкой, верховному лидеру написал письмо и директор иранского Центробанка Абдольнасер Хемати.
Экономист объяснял, что страна столкнулась с острым бюджетным кризисом, критически важные запасы продовольствия и медикаментов закончатся к концу августа, а торговать нефтью больше невозможно и никаких альтернативных путей для ее экспорта нет.
После этого на свет появилось послание Моджтабы Хаменеи (также им самим не озвученное и лично не написанное), в котором тот сообщал, что в принципе он против переговоров с американцами. Однако он доверяет президенту – под его же, Пезешкиана, ответственность, так как тот убедил его в практической необходимости таких переговоров.
Таким образом невидимый Хаменеи дистанцировался от переговоров и заранее свалил всю ответственность за возможные провалы на Пезешкиана.
Тем временем в Иране крепнет недоумение в связи с этой самой невидимостью верховного лидера, который не появился даже на похоронах отца.
Формально это, разумеется, объясняется опасениями из-за "вездесущего Мосада". Однако все больше иранцев задаются вопросом о том, как может быть, чтобы главное лицо страны вообще ни разу не продемонстрировало, что оно вообще живо, способно двигаться и разговаривать, пусть даже не на видео, а хотя бы в аудиозаписи.
Особенно это не нравится фракции "фундаменталистов", которая пока не осмеливается публично усомниться в дееспособности "рахбара", но постоянно намекает на то, что управление страной требует полноценного лидерства.
Многие напоминают и о том, что негоже верховному аятолле до такой степени дрожать перед возможностью покушения, поскольку это символизирует трусость и слабость всего Ирана перед "американо-сионистами".
За этими заявлениями явно прослеживаются намеки на то, что Моджтаба Хаменеи должен как минимум публично доказать, что он жив и способен принимать решения, и поскорее. Поскольку в ином случае фракция фундаменталистов может счесть, что от его имени страной правят "предатели", а это чревато гражданской войной.
комментарии