За всю историю Израиля в парламенте не было проблем с женским представительством.
Пленарное заседание Кнессета отклонило законопроект депутатки от партии НДИ Шарон Нир, предложившей, чтобы в любом списке кандидатов на выборах в Кнессет фигурировало "не менее 30% женщин".
Этот законопроект не нашел понимания у депутатов, поскольку он излишен при базовом демократическом принципе – в Израиле каждый имеет право избираться и быть избранным, о чем напомнил в своем выступлении министр связи Шломо Караи.
Мало того, такой закон нарушает демократическую систему. Он подходит для "диктаторских партий", где весь список назначается сверху, но не позволяет проводить нормальные внутренние выборы в партиях, так как заранее устанавливает "половую квоту", обязывая любой список включать по меньшей мере трех женщин на каждую десятку кандидатов.
Подобный порядок также нарушит свободу политических объединений – например, не даст создать желающим мужскую политическую партию. При этом, поскольку закон составлен в откровенно дискриминационной форме, чисто женскую партию он создать позволит.
Отметим, что за всю историю Израиля в парламенте не было проблем с женским представительством. Так и сейчас – в Кнессет 25 созыва избрано 33 женщины в составе разных партий – более четверти депутатского кворума.
Во время выступления Шарон Нир, объяснявшей свое предложение соображениями о "необходимости равного представительства" (но не обосновавшей, почему это равенство должно проводиться по половому признаку, а не по какому-либо другому – например, по репатриантскому, этническому, цвету волос, семейному статусу и т. п.), у нее завязалась дискуссия с законодательницей из "Ликуда" Кэти Шитрит.
Шитрит напомнила докладчице, что в "Ликуде" депутаты, как мужчины, так и женщины, выдвигают свои кандидатуры на внутрипартийных выборах и добиваются (либо не добиваются) успеха, а не назначаются сверху.
"Плохо, что есть партии, в которых депутаты просто назначаются, - сказала Шитрит, намекая на НДИ. – Мы боролись за место в предвыборном списке. Нас выбрали, как действительно достойных. И так я хочу избираться и впредь, а не по брони".
И Шарон Нир, и выступавшая вслед за ней Мейрав Михаэли из партии "Авода" приводили как пример, "которого не должно быть", ультраортодоксальные фракции, в составе которых нет ни одной женщины. Однако они не объяснили, что мешает женщинам (ультраортодоксальным или любым другим) действовать обычными демократическими методами - создать свою партию, чисто женскую или частично женскую, и привлечь женский электорат, если тот действительно нуждается в "собственном представительстве".
Выступавший от имени правительства министр связи Шломо Караи объяснил, что он, например, не видит себя как "выбранного по квоте марокканца", а расценивает как достойного депутата, который получил голоса на праймериз в "Ликуде" вне всяких квот.
"Я уверен, что и женщинам не нужно, чтобы их назначали по половому признаку, из-за того, что они женщины, тем самым принижая их умственные и другие способности", - сказал Караи.
В конечном итоге за законопроект проголосовало лишь 33 депутата (как раз столько, сколько сейчас женщин в Кнессете, хотя состав голосовавших отнюдь не совпадал с женским).
Против высказалось 49 депутатов, и законопроект не прошел. В связи с этим в НДИ объявили, что "коалиция предпочитает сохранить политику как закрытый клуб для мужчин и увековечить неравенство" и пообещали "бороться до тех пор, пока женщины не займут свое законное место там, где принимаются важнейшие для страны и общества решения".
Напомним, что в коалиционных фракциях сейчас начитывается 12 женщин, причем пять из них занимают министерские должности.
комментарии