Искусство в большом долгу

Помню, когда я учился в восьмом классе, на третьем году перестройки, маме (она заведовала корректорской в издательстве "Советский писатель") выдали парный абонемент в кино.

И не просто в кино, а в "Ударник", на ретроспективный показ призовых фильмов Каннского фестиваля. Отец был в командировке, и мы с мамой ходили на сеансы. И смотрели разинув рот – "Пурпурную розу Каира", "Легенду о Нараяме", "Красную пустыню" Антониони, "Амаркорд" Фелини. Мне еще не было 16 лет, но по абонементу и с мамой проблем на входе не чинили.

Такого кино мы доселе не видели – ни я 73-го года рождения, ни мама, родившаяся, наоборот, в 37-м. Там было все – и приметы времени, и вызов обществу, и юмор, и драматургия, и грандиозность постановки. После сеанса народ выходил из темного зала на улицу несколько пришибленным, под впечатлением от серьезной порции большого искусства.

Через два года был отъезд в Израиль, врастание в новую жизнь, учеба, армия. Всем нам было не до кино, тем более что смотреть фильмы в кинотеатрах с быстро меняющимися ивритскими субтитрами в первые годы было не под силу.

Тем не менее, за фестивальными новинками послеживали, посматривали по телевизору. Потому что это тоже было кино. "Список Шиндлера", "Молчание ягнят", "Форест Гамп", "Титаник", "Криминальное чтиво", "Андерграунд", "Танцующая в темноте", "Пианист", "Красота по-американски", "Отступники", "Старикам тут не место". Даже фильмы с "социальной повесткой", типа "Тайны и ложь" Майка Ли – это тоже было кино. Фестивальное, наградное, мейнстримное.

Потом это самое кино куда-то подевалось. Оно начало теряться в десятые годы. Не стало нормальных комедий, боевиков, даже приличных мелодрам. Фильмы, попадавшие в фокус общественного внимания, на поверку оказывались какими-то поделочными, схематичными, без внятных сценариев и сюжетных ходов, с дурной режиссурой. Они записывались в фестивальные программы, вокруг них создавалась шумиха – но смотреть это стало попросту неинтересно.

Самые претенциозные и обласканные судьями изделия не стоили по фактуре, насыщенности, актерской игре и даже богатству киносмыслов 15 минут какого-нибудь профессионально сделанного боевика 80-х.

Конечно, появлялись и интересные картины – временами отличались британцы, временами американцы, особенно "Мирамакс". Однако мейнстримный кинематограф заполнялся откровенными "масштабными поделками", и я постепенно перестал интересоваться тем, какие фильмы взяли "Оскара", какие – "пальмовую ветвь". Сведения о том, "чего посмотреть", черпались уже из других источников.

Все эти фестивали превратились в вещь в себе. Там было все – пышные церемонии, светская хроника, шумиха в прессе, обсуждение нарядов и внешнего вида кинозвезд. Не было в них только кино. Того самого, которое интересно смотреть обычным людям. Не стало фильмов, которые смотрели бы все, растаскивали бы на цитаты, обсуждали бы сцены, воспроизводили запомнившиеся жесты и ужимки актеров.

Все это стало сильно напоминать советское кинопроизводство. Кстати, сейчас у многих ностальгия. Типа, вот в СССР снимали – так уж снимали. В реальности это впечатление основано на относительно небольшом наборе комедий и трагикомедий. Действительно великолепных, запоминающихся и прекрасно смотрящихся до сих пор. В которых чувствуется все та же комплексная театрально-кинематографическая школа – режиссерская, актерская, музыкальная. Несколько реже – операторская :)

Однако это распространенное мнение не учитывает огромного количества абсолютнейшего и серейшего киношлака, который тоннами наматывался на катушки с пленкой шосткинского комбината "Свема" и постоянно демонстрировался по двум телевизионным программам. Ибо память человеческая избирательна.

Конечно, происходящее в западном кинематографе можно списывать на общее увядание жанра в пользу телесериалов, а затем "всяких ютьюбов". А можно вспомнить охоту на старый добрый "еврейско-итальянский" Голливуд – травлю актеров и режиссеров, которые придерживались традиций. "Отмену" Романа Поланского и Вуди Аллена. Суд и разорение Харви Вайнштейна – движущей силы "Мирамакса". Обструкцию, устроенную Кевину Спейси. И так далее, и тому подобное.

Разрушительное опустошение западного кинематографа, произведенное яростным выплеском активной левой протоплазмы во второй половине десятых годов, если не убило, то ввело в долгосрочную кому всю традиционную школу кино.

Теперь мы видим в кино по большей части номенклатурное дилетантство и иногда – ошметки былой роскоши. Ну и бойкие, но неумелые попытки талантливой молодежи снять чего-то оригинальное. Но в кино и на телевидении только на таланте и энергии далеко не уедешь – жанр не для одиночек-энтузиастов. К тому же эта молодая талантливая молодежь трусовата и в темы, по-настоящему задевающие и интересующие публику, лезть боится – заклюют.

Как не суются в них и еще не засуженные мэтры – по той же причине. По-новому они работать не умеют и не хотят, а по-старому уже не могут. Ибо усекли, что случается с не вписавшимися в новые веяния коллегами, которые с кем-то целовались 30 лет назад. Или вообще не целовались и никогда не видели анонимно пожаловавшихся на них дам. "Фантазии нездоровых умов теперь рассматриваются как доказанные факты", как сказал тот же Полански семь лет назад.

В общем, какое кино – такие теперь и фестивали. Например, Венецианский. Основан в 1932 году по распоряжению итальянского главного "дуче". Победителям вручался "кубок Муссолини" и "Большая Золотая медаль Национальной фашистской ассоциации развлечений". В частности, "кубок Муссолини" получила небезызвестная Лени Рифеншталь – за фильм "Олимпия" (тоже, кстати, документальный), ставший квинтэссенцией нацистского "физкульта".

Во второй половине 20-го и начале 21-го века держал марку. Но в последние годы, как и другие "мейнстримные" мероприятия подобного рода, стал скатываться в советский пропагандистский формат.

Председательница жюри в этом году – американская актриса Маргалит Рут Джилленхол. По отцовской линии происходит из шведского аристократического рода Джилленхолов, со стороны матери-еврейки имеет русские и латвийские корни, рассказывает нам "Википедия".

Школу окончила в Гарварде, затем изучала в Колумбийском университете "литературу и религии Востока". "Прорывом Джилленхол стала главная роль в эротической комедийной драме "Секретарша", повествует все та же "Википедия". Снималась в разных фильмах, включая "Порнограф: история любви", "Правила секса 2: хэппи-энд".

Особых наград не снискала – один "Золотой глобус" за лучшую женскую роль в британском мини-сериале "Благородная женщина". И еще несколько разных второстепенных наград за "сугубо женский" фильм "Незнакомая дочь" – единственная режиссерская работа Рут Джилленхол. В 2021 году этот фильм получил приз за лучший сценарий того же Венецианского кинофестиваля.

Зато Рут Джилленхол "активна в сфере политики, является сторонницей Демократической партии и, как и ее родители и брат, Американского союза защиты гражданских свобод". В выступлении на 18-й церемонии награждения кинопремии "Независимый дух" осудила начатую президентом Бушем войну в Ираке, назвав ее причинами "нефть и империализм". Участвовала в антивоенных демонстрациях и кампании "Объединенные артисты за победу без войны". На президентских выборах поддерживала Джона Керри и Барака Обаму".

Это – нынешняя председательница жюри Венецианского кинофестиваля. Наполовину заурядная актриса, наполовину левая активистка. Остальной состав, поверьте, не сильно культурней. Например, там присутствовала Каутер Бен Хания, тунисская "кинодеятельница", снявшая небезызвестный фильм "Голос Хинд Раджаб" про "страдания палестинских детей". Под этим фильмом в качестве продюсеров подписались такие титаны кинематографа как Брэд Питт и Хоакин Феникс. В прошлом году он получил все тот же "приз жюри" Венецианского фестиваля и удостоился "рекордно долгих оваций – более 23 минут непрерывных аплодисментов, ставших самыми продолжительными в истории фестиваля".

Этот рекорд был перекрыт только в этом году еще более продолжительными аплодисментами фильму – 24 минуты.

Думаю, там просто стоит чувак с хронометром и дирижирует публикой – чтобы хлопали больше, чем в прошлом году, но ненамного, потому что ведь в будущем году будет новый антиизраильский фильм, и там надо будет хлопать уже 25 минут, чтобы опять был рекорд.

Вы только подумайте, фестиваль существует с 1932 года. За эти почти сто лет там показали больше тысячи картин. Скажем так, не самые худшие образцы жанра со всего мира. Включая "Семь самураев" Куросавы, "Дорогу" Феллини, "Чувство" Висконти, "Евангелие" Пазолини, "С широко закрытыми глазами" Кубрика, "Бойцовский клуб" Финчера. Не говоря уже про ударные пропагандистские картины в фашистские времена, включая ту же Лени Рифеншталь.

Но, оказывается, рекордно долго за всю историю фестиваля хлопали не шедеврам мирового кинематографа, а фильму "Голос Хинд Раджаб", а потом сразу через год – фильму "Наца". В котором анонимные персонажи с зачерненными лицами на протяжении часа чего-то вещают леваку-пацифисту на городских крышах.

Вернется ли хороший большой кинематограф? Если и да, то точно не стараниями "прогрессивной кинообщественности", которая поощряет индустрию к производству всякой фигни, захватив фестивали и раздавая премии повесточным бездарям.